<<
>>

Глава 13. ИНДИВИДУАЛЬНОЕ ВОСПРОИЗВОДСТВО И ТИПЫ ПРЕДПРИЯТИЙ В ПЕРЕХОДНОЙ ЭКОНОМИКЕ

Индивидуальное воспроизводство — это повторяющийся1 процесс непосредственной хозяйственной деятельности предприятий. Процесс индивидуального воспроизводства включает в себя, прежде всего, инвестирование определенной капитальной стоимости с заранее поставленной целью (как правило, эта цель состоит в конечном увеличении авансированного капитала, однако рынок заставляет для достижения этой цели произвести необходимые потребителю блага).

Далее процесс индивидуального воспроизводства предполагаег некую аллокацию ресурсов и соединение приобретаемых материальных ресурсов с рабочей силой. Вслед за этим инди-видуальное воспроизводство претворяется в некоторый технологический процесс по производству товара. Наконец, наступает стадия сбыта или реализации произведенных товаров, получения доходов, их распределение, осуществление всех необходимых платежей, следующее инвестирование капитал» и так далее, покуда живет данный производственный организм, питаемый движением капитала.

Особенности индивидуального воспроизводства определяются как общей экономической средой, так и характеристикой самого субъекта — предприятия. И то и другое очень* специфично в переходной экономике.

§ 1. ИНДИВИДУАЛЬНОЕ ВОСПРОИЗВОДСТВО И ИНВЕСТИЦИОННАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ПРЕДПРИЯТИЯ В ПЕРЕХОДНОЙ ЭКОНОМИКЕ Процесс воспроизводства на предприятии, его масштабы № эффективность определяют не только судьбу этого конкретного предприятия. Расширение производства на отдельном: предприятии — это увеличение выпуска и продаж его про-дукции и в конечном счете рост его доходов. Выпуск новой' продукции означает дополнительное насыщение рынка. Рас-пределение возросших доходов приводит, с одной стороны, к росту доходов домохозяйств и обусловленному этим расши-рению спроса, а с другой стороны, к увеличению за счет на-логовых отчислений доходов государственного бюджета, т. е. основы финансовой стабильности и будущих расходов госу-дарства.

Сказанное означает, что решение многих задач переходной экономики как целостного экономического организма прямо зависит от положения дел на отдельно взятом предприятии, от осуществления воспроизводства и инвестиционной активности микроэкономических субъектов.

Если инвестиционная активность предИовые условия вое- приятия в плановой экономике предопре- производства г г « г

делялась государственным планом и фи-нансировалась государством, то в переходной экономике по-ложение довольно быстро и кардинально меняется.

Система директивного планирования разрушается, и предприятие на-чинает ориентироваться на сугубо рыночные критерии эф-фективности капиталовложений, используя в основном на эти цели собственные или заемные средства. Для предприятия это означает головокружительный прыжок из состояния почти полной стабильности и государственных гарантий в противоположное состояние неопределенности.

Однако было бы неверно сказать, что государство вообще перестает играть какую-либо роль в инвестиционной деятельности предприятия в переходной экономике. Напротив, эта роль очень велика, хотя это и не всегда осознается. Во-первых, не развита собственно рыночная инфраструктура, институты рынка, дающие для предприятия новые экономические ориентиры, источники и формы осуществления инвестиций. Значит, предприятие вынуждено в какой-то мере опираться на старый механизм хозяйствования. Во-вторых, предприятие еще несет тяжелый груз старых экономических проблем, когда оно удовлетворяло потребности плановой экономики. Речь идет прежде всего о его размерах, формах организации и эффективности. Этот груз невозможно стряхнуть с себя в одночасье.

Вот почему в переходной экономике роль государства так велика. Дело здесь не только в обеспечении макроэкономической стабильности, о чем широко известно, но и в проведении своеобразной и активной микроэкономической политики, т. е. государственного регулирования микроэкономических «процессов, дающего новые хозяйственные условия для предприятий. Задача микроэкономической политики — обеспечить превращение планового предприятия в рыночного субъекта хозяйства, но не допустить при этом экономического хаоса, сохранить основной экономический потенциал страны и дать новые импульсы к экономическому росту через поддержку приоритетных направлений и стимулирование инвестиций.

Микроэкономическая политика в широком смысле включает в себя мероприятия государства в области налоговой, ценовой, кредитной политики, изменения в хозяйственном законодательстве, преобразования отношений собственности.

В более узком смысле — это система мер по поддержке и развитию предпринимательства, а точнее, некоторых приори-тетных секторов экономики или даже отдельных производств, испытывающих особые трудности в условиях становления рынка. Естественно, что микроэкономическая политика госу-дарства в переходный период объективно не может выступать, как рука дающего для всех и каждого. Она должна ориентироваться лишь на достижимые цели, исходя из мак-роэкономических ограничений, соответствовать общенацио-нальным экономическим интересам и стимулировать научно- техническое развитие.

Предприятие неизбежно ориентируется в своей инвестиционной деятельности не только на финансовые, но и на научно-технические ограничения. Можно сказать, что НТП образует естественную основу расширенного воспроизводства на предприятии. При этом приходится решать проблемы двоякого рода: во-первых, финансирование и организация новых научных исследований, во-вторых, продолжение или даже расширение производства уже освоенных продуктов серийного производства, если они продолжают пользоваться спросом.

Решение обеих названных проблем наталкивается на ограничения, обусловленные реальным положением дел в промышленности. Переходный период получил в наследство от плановой экономики высокую степень изношенности производственных фондов. Это дополнительно ограничивает инвестиционный потенциал предприятий, их возможности маневрирования инвестиционными ресурсами. Для того чтобы решать одновременно сложные задачи обновления производственных фондов и ведения научно-технических разработок, необходимо искать пути соединения рыночных и нерыночных механизмов распределения ресурсов. Эта проблема существует всегда в более или менее настоятельной форме в любой рыночной экономике, но особенно актуальна она для переходной экономики.

Возникает парадоксальная картина. В начале переходного периода предприятие стремится как можно скорее избавиться от государственной опеки, но очень скоро выясняется, что без государственной поддержки и целенаправленной микроэкономической политики оно не может превратиться из звена плановой системы хозяйства в субъекта рыночной экономики. К этому же выводу подталкивает и характерный для переходной экономики, особенно российской, монополизм. Экономическая деятельность бывших социалистических заводов-гигантов концентрируется прежде всего не на приспособ- лении к рынку, а на его контроле, в том числе с помощыо монопольно высоких цен, отвечающих только узковедомственным, но не потребительским интересам.

Названные проблемы заставляют поставить вопрос о том, а возможно ли вообще расширенное воспроизводство на бывших социалистических предприятиях в переходной кризисной экономике без постоянных государственных капиталовложений? Для ответа на этот вопрос необходимо подробнее рассмотреть новые взаимоотношения предприятия и государства.

В переходной экономике в силу объек- Предприятие И госу- тивных причин — снижения производ- дарство ства, возрастающего износа производ

ственных фондов, глубоких структурных перекосов в экономике — сокращаются ресурсы накопления на предприятиях. В то же время расширенное воспроизводство необходимо. Без него нельзя преодолеть кризис переходной экономики, создать высокоэффективное рыночное хозяйство. Но где взять необходимые ресурсы? Значительных ресурсов нет ни у предприятия, опутанного сетью неплатежей, ни у государства, постоянно борющегося с угрозой гиперинфляции. Так есть ли выход? Или это тупик, из которого есть только один путь — назад, к плановой системе директивного распределения ресурсов?

В поисках искомого выхода обратимся к аналогии. Представим себе армию, ведущую упорные боевые действия, изнуренную тяжелыми сражениями и переходами. Продвигаясь медленно вперед, она встречает широкий фронт упорной обороны противника. Очевидно, что массированной атакой эту оборону не пробить. Как поступает в этом случае полководец? Поворачивает назад и уводит армию? Однако далеко не всегда нужно и можно отступать. Каждый из нас знает из истории своего Отечества, сколько блистательных побед было одержано над превосходящими силами противника потому, что полководцу удавалось найти правильное место для прорыва, т. е. определить приоритетное направление движения, позволяющее ценой концентрации усилий сэкономить силы и обеспечить кратчайший путь к успеху.

Приведенная аналогия подсказывает идею о необходимости поиска системы приоритетов в развитии экономики (в том числе, инвестиционной деятельности), коль скоро общий инвестиционный потенциал резко ограничен. Наращивать инвестиционные возможности в кризисной переходной экономике можно только путем избирательного подхода к развитию производства. Правильный выбор необходимых приоритетов и их стимулирования с помощью льготной на-логовой и кредитной политики, а иногда даже прямого суб-сидирования, скажем научных исследований, является важ- яейшей задачей микроэкономической политики государства в переходный период. Благодаря такой политике обеспечиваются инвестиционные возможности сначала предприятий приоритетных отраслей, а затем постепенно и остальных, свя-занных с первыми в качестве поставщиков или потреби-телей.

Что является приоритетным направлением развития производства в переходной экономике? Или, другими словами, какие предприятия должны получить первыми возможность нормального расширенного воспроизводства, тем самым относительно менее болезненного перехода к рынку? Это вопрос сложный и спорный. В реальной практике его часто пытаются решить путем лоббирования, т. е. использования узковедомственных интересов тех лиц, которые входят, скажем, в состав правительства. Очевидно, что единого общего ответа на этот вопрос для любой страны не существует. Здесь многое зависит от особенностей той или иной национальной экономики и переживаемого ею этапа научно-технического развития. При этом всегда существует многовариантность раз-вития. Покажем это на примере переходной экономики России 90-х годов.

Какие приоритеты могут быть выбраны для российской промышленности? Один вариант — государственная поддержка предприятий, производящих сравнительно простую технологически, типичную для нашей экономики продукцию, которую можно успешно и длительно продавать как на внутреннем, так и на внешнем рынке, получая стабильную, в том числе валютную выручку. Это продукты первичной переработки топливно-сырьевых ресуров, а именно: продукты нефтепереработки и нефтехимии, лесопереработки, кожевенного производства, металлургии, производства стройматериалов и т. п. Важный аргумент в пользу развития таких производств ¦— это имеющийся у России относительный избыток топливно-сырьевых ресурсов и налаженность таких производств. Но есть и серьезные контраргументы.

Дело в том, что спад российского производства происходит на фоне быстрого ускорения НТП в ведущих индустриальных странах мира. Там наблюдается бурный рост новейших отраслей производства: компьютерной техники, телекоммуникаций, информатики, биотехнологии и др. Конкурентоспособность предприятий США, Японии, Южной Кореи, Тайваня и ряда других стран определяется прежде всего развитием этих производств, характеризующихся высокой наукоемкостью. С этим фактом нельзя не считаться. Если в период кризиса российской экономики не стимулировать инвестиционную активность в названных отраслях, усилится распад научно- технического комплекса и отставание отечественной промыш-ленности. В будущем преодолеть это отставание и успешно конкурировать на мировом рынке станет для отечественных предприятий еще труднее.

Мировой опыт показывает, что в условиях современной НТР длительная ориентация экономики любой страны на развитие добывающих отраслей и производство продуктов их первичной обработки означает закрепление их отсталости. Не случайно поэтому, что такие страны, как Япония, Южная Корея, Тайвань, резко снизили в 80-е гг. инвестиционную поддержку металлургии, нефтехимии, ряда отраслей тяжелого- машиностроения и сделали упор на наукоемкие отрасли.

Сказанное означает, что и для России развитие отраслей ТЭК и первичной переработки не может долго оставаться приоритетным. Поддержка их необходима — как для удовлетворения потребностей собственного народного хозяйства, так и для получения валютных средств. Но в ближайшей перспективе приоритет должен быть отдан наукоемким отраслям.

Таким образом, расширенное воспроизводство и инвестиционная деятельность предприятий в переходной экономике не могут рассматриваться как их собственное внутреннее дело. Такого положения вещей не существует даже в развитой рыночной экономике, где государство всегда осуществляет ту или иную микроэкономическую инвестиционную политику. Тем более, этого не может быть в переходной, т. е. еще не развитой рыночной экономике, в которой предприятие уже перестало быть звеном плановой системы, но еще не стало полноправным рыночным субъектом. Поэтому особо важное значение в переходный период имеет государственная поддержка приоритетных, перспективных предприятий, помогающая им преодолеть тяготы экономического кризиса. Формирование капи- Рыночный субъект переходной экономи- тала рыночного субъ- ки — будь то частное, акционерное или екта даже чисто государственное предприя

тие— должен иметь в своем распоряжении капитал: денежный капитал в виде своих банковских активов и ценных бумаг, производительный капитал, предстающий как денежная оценка его недвижимости (зданий, оборудования, земли) и производственных сырьевых запасов, а также товарный капитал как суммарная денежная оценка произведенной, но еще не реализованной продукции.

В переходной экономике происходит формирование новой формы оценки имущества предприятия как капитальной стои-мости.

Прежде всего, финансовые расчеты предприятия перестают выступать как форма планового учета движения материальных ресурсов. Теперь баланс предприятия — это лицо его благосостояния, показатель нарастания или убывания его- денежного капитала. При этом любые ценные бумаги, кото- рыми располагает предприятие, в том числе и его акции, если это предприятие акционерное, имеют рыночную цену,' которая все больше определяется спросом и предложением по мере развития фондового рынка.

Другая часть капитальной стоимости — стоимость машин оборудования, зданий, сооружений и земельных участков формируется в переходной экономике в зависимости от динамики цен и от методов оценки имущества приватизируемых предприятий. Остановимся подробнее на значении методов оценки имущества бывших плановых предприятий и покажем это на примере России.

Первоначально, по Закону о приватизации, принятому в июле 1991 г., предусматривалось при подготовке предприятия к приватизации проводить «оценку его капитала». Это означало, что «определение начальной цены для продажи предприятия по конкурсу (на аукционе) или величины уставного капитала акционерного общества должно было бы производиться на основании оценки предприятия по его предполагаемой доходности» (ст. 17 Закона). Оценка капитала по доходности, то есть по эффективности его применения представляет собой новый, рыночный критерий оценки капитальной стоимости. Она позволяет реально оценить место предприятия в экономике, а стало быть, и реальную стоимость его имущества. Но как реализовать эту идею? Как оценить рыночную эффективность при отсутствии реального рыночного механизма? Очевидно, что в основном только методом примерных оценок, что несет в себе очень много субъективного (в силу отсутствия объективной базы для сопоставлений), а значит, допускает возможность очень сильных искажений, как случайных, так и предумышленных.

В госпрограмме приватизации на 1992 г. подход к определению капитальной стоимости предприятия совершенно меняется: в основу всех процессов приватизации теперь положена балансовая стоимость имущества. Очевидно, что стоимость имущества по балансу и его реальная рыночная оценка— это не одно и то же. Ведь при равной балансовой стоимости имущества два предприятия могут приносить совершенно разную прибыль. Но оценить капитальную стоимость предприятия по балансовой стоимости имущества проще, удобнее. Достаточно было, по мнению авторов программы, учесть изменение уровней цен при переходе на свободные рыночные цены путем разовой переоценки стоимости фондов на некоторый базовый момент времени, — остальное довершит конкуренция покупателей в ходе приватизации. Предполагалось, что на конкурсах, аукционах и фондовых рынках сформируется реальная рыночная оценка капитальной стоимости предприятия. Однако практика реальной купли- продажи предприятий, их частей или их акций не оправдала этих надежд. Механизм конкуренции при проведении этих операций еще далеко не отработан. Отмечаются факты сговора между покупателями с целью занижения оценки капитальной стоимости предприятий. При этом не учитывается такой важный элемент капитальной стоимости, как стоимость земли. Продажа земли производится отдельно, что затрудняет совокупную рыночную оценку капитала.

Итак, проблема остается. Между тем ее решение необходимо для формирования нового рыночного субъекта. Оценка капитала, максимально приближенная к реальным условиям переходного периода, необходима не только для приватизации или купли-продажи, но и для выработки процедуры банкротства и введения в действие с 1994 г. порядка совмещения процедуры банкротства с принудительной приватизацией неплатежеспособных предприятий. Как оценивать капитальную стоимость таких предприятий? Если в ценах 1992 года, то долги 1994 г. могут легко превысить в условиях инфляции •весь уставной капитал. Если в рыночных ценах, то необходима разработка специальных методик оценки, ибо развитой конкуренции и единых уровней внутренних рыночных цен на .аналогичную продукцию не существует. Очевидно, что без государственного регулирования, методик и даже экспертизы, здесь не обойтись. Стартовая оценка капитальной стоимости предприятий в переходной экономике является необходимым условием их дальнейшего самостоятельного функционирования в условиях рынка.

При анализе проблем переходной эконо- Взаимная задолжен- мики обычно много говорится О трудно- ность предприятии J

н v стях, связанных с погашением внешней

задолженности. Между тем не меньше проблем несет с собой рост долговых обязательств на микроэкономическом уровне, а именно резкое увеличение взаимной задолженности предприятий. Этим нарушается взаимодействие различных отраслей, а также подрывается финансовая основа нормального процесса воспроизводства.

Насколько серьезна эта проблема, можно проиллюстрировать на примере Российской экономики: если в январе 1992 г. общий объем взаимной задолженности предприятий составлял всего несколько десятков миллионов рублей, то к январю 1993 он достиг приблизительно 4 трлн руб. (см. «Вопросы экономики». 1993. № 11. С. 104—105).

Является ли такой скачок задолженности неизбежным? Для ответа на этот вопрос назовем те факторы, которые повлияли на рост взаимной задолженности российских предприятий в 1992—93 гг. Прежде всего, это — либерализация цен. Она вызвала на микроуровне так называемый «эффект ножниц», когда предприятия вынуждены платить все большие суммы за приобретаемую ими продукцию, а цены на их соб- ственную продукцию растут медленнее. Это обусловлено высоким уровнем цен на сырье и трудностями с его поставками при невозможности быстро изменить собственную структуру издержек. Так, средний уровень цен на выпускаемую промышленными предприятиями продукцию вырос в июне 1992 г. по сравнению с декабрем 1991 г. в 8,5 раз, в то время как цены на приобретаемые материалы увеличились в 13,6 раза (см. «Российские предприятия в условиях кризиса». Деловой мир. 1993. 25 марта). В результате у предприятий стали быстро снижаться доходы и, стало быть, средства для осуществления платежей по долгам.

Одновременно резко снижались предоставляемые предприятиям бюджетные субсидии. При условии роста инфляции это дополнительно снижает возможности платежей предприятий.

Надо отметить также, что либерализация цен сопровождалась разрушением прежней директивной связи производства и потребления и развитием действия закона спроса и предложения. На фоне общего кризиса и падения объемов производства это означает сокращение спроса на многие виды производившейся ранее продукции, ее затоваривание и соответственно снижение платежеспособности предприятий.

Разрушение старых хозяйственных связей было обусловлено не только переходом к рыночному механизму взаимодействия спроса и предложения, но и распадом СССР, а затем и разрушением взаиморасчетов между республиками СНГ. Это один из ярких примеров отрицательного влияния политической нестабильности на экономику.

Фактором роста взаимной задолженности предприятий в переходной экономике является также государственная политика в сфере денежного обращения. Страны, переходящие к рыночным отношениям, вынуждены заботиться о макроэкономической стабилизации и проводить с этой целью жесткую монетарную политику. Это не только упомянутое выше сокращение бюджетных дотаций, но и дорогой кредит, что в целом означает для предприятий резкое сокращение доступа к финансовым ресурсам. Столкнувшись с уменьшением денежных ресурсов, многие предприятия были вынуждены задерживать платежи.

Как видим, факторы роста взаимной задолженности предприятий во многом носят объективный характер. Предприятия вынуждены приспосабливаться к новым хозяйственным условиям, изменять свое экономическое поведение. Как следствие этого, в переходной экономике получают небывалое развитие бартерные операции как внутри России, так и с предприятиями республик СНГ. Там же, где сокращаются денежные расчеты, предприятия часто требуют предоплаты, т. е. продавцы требуют расчета со стороны покупателя до от- грузки товара. Подобные финансовые требования должны были бы стимулировать развитие связей предприятий с банками, но на практике это затрудняется высокой ставкой процента. Чтобы как-то выйти из этой ситуации, предприятия начинают накапливать собственные средства и концентрировать их, создавая свои «групповые» банки, акционерами которого являются предприятия одного сектора экономики.

С распространением предоплаты снижается риск дальнейшего резкого роста взаимной задолженности предприятий. Однако в условиях жесткой монетарной политики это означает снижение финансовой гибкости предприятия, резкое ухудшение их воспроизводственных возможностей. Это особенно опасно в условиях кризиса. Между тем сама по себе взаимная задолженность предприятий — это явление естественное в условиях рыночной экономики. Поэтому в переходной экономике необходимо развивать и регулировать взаимное добровольное кредитование предприятий для преодоления их временных финансовых трудностей.

Таким образом, индивидуальное воспроизводство в переходной экономике объективно затруднено не только из-за необходимости приспособления к законам рынка, но и вследствие дефицита финансовых ресурсов, потери капитальной стоимости и кризиса неплатежей. Налаживание нового рыночного механизма индивидуального воспроизводства должно осуществляться на базе активной государственной поддержки воспроизводственного процесса в приоритетных отраслях народного хозяйства.

§ 2. типы предприятий в переходной экономике

Становление субъек- В самой общей форме можно сказать,

тов рыночных отно- чт0 субъектами рыночных отношений яв- шении J , с

ляются свободные товаропроизводители. Ими могут быть индивидуальные частные производители товаров и услуг, кооперативы, а также мелкие, средние и крупные предприятия (фирмы). Оставляя пока в стороне такие важные отличительные черты, как их масштабы, формы организации, структуру собственности и сферу деятельности, отметим прежде всего основные условия, делающие их полноправными субъектами рыночных отношений.

Во-первых, движущий мотив их деятельности — постоянное извлечение прибыли или дохода в процессе движения и роста капитала.

Во-вторых, условием их функционирования является самостоятельность в действиях, сообразуемых с потребностями рынка. Это — самостоятельность в использовании имущества, в определении производственной программы, в выборе поставщиков и потребителей, в формировании цен и распоряжении доходами, остающимися после уплаты налогов.

И наконец, в-третьих, это — экономическая ответственность за результаты хозяйствования, причем не только текущими доходами, но и капиталом. Чем более полно соблюдаются названные условия, чем меньше государство определяет экономическое поведение субъекта, тем в большей степени экономика регулируется посредством рыночных отношений. Становление полноценных субъектов рыночных отношений фактически и означает переход к рыночной экономике.

Естественно, что полной свободой действий в смысле их нерегулируемости не обладает ни один субъект даже в развитой рыночной экономике. Он действует в системе юридических правил и ограничений, а также постоянно ориентируется на экономическую политику государства. Еще в меньшей степени достигаются эти условия в переходной экономике. Поэтому нельзя сказать, что функционирующие в переходный период, например в России, предприятия обладают названными характеристиками.

Учитывая, что в российской экономике государственный сектор еще долго будет играть весомую роль, формирование рыночного субъекта должно предполагать не только стиму-лирование частного предпринимательства, но и преобразова-ние государственных предприятий. Суть этих преобразований состоит в том, чтобы разграничить права и обязанности гос-предприятий, в значительной степени вывести эти предприятия из под государственной опеки, создать экономические и правовые предпосылки для их экономической ответственности за результаты хозяйственной деятельности вплоть до банк-ротства и закрытия, уравнять предприятия всех форм соб-ственности в отношении предпринимательского риска.

Предприятия государственной формы собственности в России охватывали в 1993 году более 3/4 общего числа пред-приятий, объема производства и численности промышленно- производственного персонала (см. таблицу).

Вместе с тем многие российские предприятия характеризуются высоким уровнем концентрации производства. Удельный вес крупных предприятий, где численность занятых колеблется от 5,6 тыс. до 14 тыс. человек, составила в 1993 г. в топливной энергетике 28%, в черной металлургии — 24, в цветной металлургии — 36, в химии и нефтехимии — 24%. В этих и других отраслях уровень концентрации производства определяется технологическими и продуктовыми особенностями, сложившейся организацией производства, массовым спросом на продукцию предприятий, возможностями экономии издер-жек в связи с масштабами производства. Свыше 80% произ-водства в российской промышленности сконцентрировано на крупных и крупнейших предприятиях. Очевидно, что реорга-низация таких предприятий в процессе перехода к рыночной экономике не может быть разовым мероприятием. Важно так- Таблица Промышленные предприятия по формам собственности Число предприятий :Объем производства Числен-ность ППП в % к итогу Вся промышленность 100 100 100 в том числе: — гос. и муниц. Собственности 87,3 86,4 85,2 — в частной собственности 11,3 13,4 14,0 из нее: — собственность коллективных Предприятий 2,0 1,2 1,2 — собственность АО 8,6 11,8 12,3 — собственность общественных объединений и организаций 1,4 0,2 0,8 Источник: Мильнер Б. Управление промышленностью: проблемы и решения // Вопросы экономики. 1993. № 9. С. 33.

же отметить, что становление рыночного субъекта не может происходить одинаково для крупных и мелких предприятий.

Превращение предприятия в рыночного субъекта происходит в зависимости от избранной концепции перехода к рынку. Если целью преобразований является максимально свободный рынок, как в Польше или в первые годы российской реформы (1992—1993), то предпочтение отдается мелким и средним предприятиям. Отсюда вытекает и концепция необходимости дробления крупных предприятий с целью обеспечить свободу конкуренции на рынке. Сторонники дробления крупных предприятий считают, что предприятия — гиганты всегда нединамичные и неэффективные. Но всегда ли это так? Почему гиганты международного бизнеса, такие как IBM, Sony, Siemens и многие другие показывают огромный динамизм и высокую эффективность, а российские производственные гиганты — нет? Может быть, дело не только в размерах производства?

Вследствие нарастания экономического кризиса названные вопросы оказались в центре внимания российских экономистов и политиков в 1994 году. Начались поиски новой концепции перехода к рынку управляемому и социально ориентированному и соответственно иных подходов к преобразованиям различных типов предприятий. Прежде всего, это коснулось судьбы крупных предприятий, оказавшихся в наиболее плачевном состоянии.

. , Чем больше производителей выходят на

ци^екНрИу°пнИыхИ Тред." Рынок> тем больше времени требуется им приятий Для выявления размеров и соотношения

спроса и предложения, для определения оптимального уровня цен. Чем выше степень дифференциации товаров и услуг на рынке, тем острее стоит эта проблема.

Можно сказать, что эффективность рынка зависит от числа присутствующих на нем производителей, т. е. от уровня кон-центрации производства и сбыта. Если число продавцов, слишком велико, появляется тенденция к его сокращению. В мировом рыночном хозяйстве эта тенденция стала очевидной уже в конце прошлого века и выразилась в широком кар-телировании экономики (соглашениях о квотах производства и ценах). Этот процесс продолжался в XX веке, знаменуя собой переход от свободного к регулируемому рыночному хо-зяйству. Экономический кризис 1929 года лишь ускорил этот процесс. Так, в Германии число картелей достигало 2100. В России в 1905 году также было уже около 400 картелей и синдикатов (в последних централизуется и сбыт продукции). Уровень монополизации сбыта картелями и синдикатами иногда приближался в национальных границах к 100%*. Па-раллельно картелям и синдикатам развивались тресты— крупные корпорации, внутри которых предприятия не только теряли производственную и сбытовую самостоятельность, но и юридическую самостоятельность, либо передавали свои акции специально учреждаемому обществу — холдингу. История трестов началась еще в прошлом веке в США с нефтяного объединения Рокфеллера «Стандарт ойл Траст», а в 20-е годы перекинулась в Европу.

Почему так широко развернулся этот процесс? Очевидно, потому, что картелирование, синдицирование, трестирование существенно сокращали потери от конкуренции и вели к смягчению кризисов. В этом отношении монополизация мировой рыночной экономики конца XIX — первой половины XX веков ознаменовала гигантский экономический прогресс. Не случайно и в послевоенный период во всех развитых странах рыночной экономики продолжался рост крупных ь сверхкрупных корпораций. Шел процесс концентрации производства на базе новейших достижений научно-технической революции, что означало для этих корпораций повышение их конку-рентоспособности. Сегодняшняя мировая производственная программа определяется относительно небольшим числом крупных корпораций. Сохраняют свое значение и картели, ти-пичным примером которых является объединение экспортеров нефти ОПЕК. Таким образом, рыночная экономика XX века постоянно уживается с высоким уровнем концентрации про-изводства, сбыта и банковского дела. Более того, в условиях научно-технической революции оптимальный уровень концентрации даже возрастает. Конечно, это означает развитие новых форм конкуренции (олигопольной), развитие элементов регулирования рыночных процессов. Так, по разным оценкам, от 30 до 50% промышленного производства США выведено се- тодня из сферы чисто рыночного влияния и управляется с кор-поративного уровня.

В чем состоят преимущества крупных корпораций? В том, что они не только считаются с требованиями рынка, но и сами активно формируют его, создавая новые виды товаров и услуг, реализуя круцные программы капиталовложений. Такие предприятия реализуют на рынке свою долгосрочную стратегию, предвидят и предопределяют будущее состояние рынка. Им под силу ограничивать распределяемую часть текущих доходов и осуществлять крупномасштабное финансирование НИОКР. Поэтому рынок небольшого числа крупных корпораций имеет существенные преимущества в эффективности по сравнению с рынком огромного числа однотипных небольших предприятий. С другой стороны, конкурируя между собой на рынке, крупные компании вынуждены гоняться за научно-техническими новшествами и оперативно внедрять их в производство. Экономя на издержках в связи с масштабами производства, эти компании имеют возможность дифференциации цен и диверсификации производства, что дает им возможность снизить потери, связанные с колебаниями рыночной конъюнктуры. Поэтому, как правило, чем крупнее корпорация, тем она более конкурентоспособна. При этом мировая практика показывает, что чем выше уровень развития нацио-нальной экономики, тем больше степень концентрации про-изводства в ее ключевых отраслях и банковском деле. Что касается отрицательных сторон монополизации, то достаточно присутствия лишь нескольких крупных конкурирующих производителей на рынке, чтобы блокировать этот отрица-тельный эффект. А такая олигопольная конкуренция в совре-менных условиях открытого рынка (или даже частично от-крытого, как для японских автомобильных фирм в Европе) практически всегда достигается.

Немаловажным аргументом в защиту крупных предприятий и их объединений в переходной экономике является, помимо приведенных выше аналогий, необходимость сохранения и развития национального научно-технического потенциала. Если рассмотреть новейшие наукоемкие отрасли в мировом производстве, мы увидим, что подавляющая часть их произ-водства сосредоточена на предприятиях крупных фирм. Так, в США выпуском оборудования для электронной промышлен-ности занято более тысячи фирм, но 56% продаж приходится на долю 14 из них. Другие примеры аналогичны: на долю не-скольких крупнейших фирм приходится 65% производства ро-ботов, 74% производства персональных компьютеров и т. д. Мелкие и средние предприятия этих отраслей промышленно- сти, как правило, входят в производственные сети, создаваемые предприятиями-гигантами. В этом смысле их рыночная независимость носит условный характер.

Приведенные здесь аргументы в сочетании с отрицательным воздействием на отечественную промышленность эконо-мических реформ 1992—93 гг. заставили российских экономи-стов и политиков усомниться в необходимости дробления крупных предприятий и преимущественного развития мелких и средних производств. Подобное дробление было бы оправдано лишь в том случае, если бы в итоге значительно возросли экономическая эффективность и конкурентоспособность продукции реформируемых предприятий. Да и на создание ка-кого рынка необходимо ориентироваться, преобразуя крупные предприятия: раздробленного рынка свободной конкуренции

века или олигопольного рынка крупных корпораций

в.? Подход к преобразованию крупных предприятий должен быть не механическим, а экономически обоснованным с позиций экономической эффективности, нацеленным на оптимальное сочетание крупных, средних и мелких предприятий в экономике.

Осторожное отношение к судьбе крупных предприятий в России должно быть обусловлено еще и тем, что значительная часть из них еще долгое время будет оставаться государственными или полугосударственными предприятиями. Во-первых, сам процесс приватизации займет значительный период времени. Во-вторых, широкий круг предприятий в силу своей производственной специфики остается в государственном секторе. Это — предприятия инфраструктурных отраслей (энергетики, газоснабжения, железнодорожного транспорта, добывающей промышленности и др.); предприятия, полностью занятые выпуском военной продукции; предприятия, нуждаю-щиеся в крупных государственных инвестициях (высокотехно-логичные и наукоемкие, коонверсионные и др.) Холдинги и финансо- Формирование любых корпоративных во-промышленные структур в переходной экономике обычно группы подвергается критике из-за опасений

чрезмерной монополизации производства. Между тем эти опасения едва ли можно считать оправданными. Обратимся к статистике.

В 1994 г. в российской индустрии насчитывается около 30 тыс. средних и мелких предприятий, крупных же корпоративных структур типа концернов — лишь единицы. На долю последних приходится не более 12% общего объема промышленного производства. В США же лицо промышленности определяют 300—400 крупнейших корпораций, которые выпускают около половины ее продукции .

Поэтому опасность для переходной экономики представляет не функционирование крупных организационных структур, пока единичных, а напротив, разрушение сложившихся промышленных и научно-производственных объединений, распад технологического потенциала, игнорирование современных тенденций концентрации и диверсификации производства.

В процессе «большой» приватизации началось формирова-ние новых хозяйственных структур в российской промышлен-ности. Горизонтально интегрированные на базе бывших отраслевых министерств предприятия приватизируются пре-имущественно в форме акционерных обществ открытого типа. В то же время на предприятиях военно-промышленного комп-лекса началась приватизация по типу вертикальной интеграции акционерных обществ открытого и закрытого типа в холдинги. Процесс этот протекает весьма противоречиво. Начало акционирования в 1992 году привело к резкому увеличению количества предприятий, получивших статус юридического лица на основе имеющихся производственных фондов. Это привело к существенным разрывам крупных технологических циклов и диспропорциям в базовых отраслях. Для предотвра-щения подобных негативных тенденций и создания правовых условий интеграции производственно-технологических комп-лексов в 1993 году были приняты государственные решения по преобразованию государственных предприятий в акционерные общества через холдинговые компании. Однако па практике эти решения реализуются слабо из-за боязни монополизма в промышленности. В связи с этим в конце 1993 г. появились нормативные акты о порядке создания и деятельности финансово-промышленных групп в нашей стране. О чем идет речь?

Предполагается, что холдинговая компания как держатель контрольных пакетов акций предприятий, а также связанная с ней соглашением финансовая организация смогут обеспечить стабильность отношений снабжения и сбыта, а также необходимый приток инвестиций в производство. Такие организационные структуры могут создаваться органами государственного управления даже без согласия трудовых коллективов дочерних предприятий, если предприятия связаны технологическими и кооперационными отношениями.

В зависимости от специфики создаваемых корпоративных структур холдинговые компании могут осуществлять различ-ные функции. Это может-быть только инвестиционная деятельность, инвестиционная деятельность в сочетании с производственной, коммерческой и другими функциями. Холдинг может централизовать функции снабжения, сбыта, осуществления внешнеэкономических связей, проведения НИОКР, координации деятельности дочерних предприятий и т. д. Возможна организация промежуточных холдингов, или субхолдингов для решения конкретного, ограниченного круга задач. Это могут быть, например, патентные и лицензионные холдинги, холдинги по оказанию услуг, холдинги по инвестиционной деятельности. Создание холдинговой компании путем передачи ей части акций холдинга означает для предприятий делегирование полномочий по управлению определенным видом деятельности специально организованной корпоративной структуре. Как показывает мировой опыт, экономически выгодно подключение мелкого и среднего бизнеса к обслуживанию технологических цепей финансово-промышленных групп.

Надо заметить, что в странах с высокоразвитой рыночной экономикой финансово-промышленные группы играют весьма важную роль. Их стержнем являются крупные фирмы. Группирование фирм осуществляется по двум направлениям. Первое и основное — объединение крупных фирм. Второе, допол-няющее его, — группирование мелких и средних фирм вокруг крупной фирмы через сеть имущественных и контрактных от-ношений. Создание таких групп преследует цель контроля за производственно-распределительным циклом из одного цент-ра. В качестве примера можно привести взаимодействие фирм в японской группе «Тоёта». Эта группа помимо изготовления различных компонентов к автомобилям охватывает произ-водство стали, прецизионных станков, автоматических ткацких станков, текстиля, потребительских товаров, оказание строительных услуг. В группе 15 подконтрольных фирме «Тоёта» компаний, которые занимаются производством дета-лей и сборкой автомобилей, фундаментальными научными ис-следованиями, экспортом и импортом сырьевых продуктов, «Тоёта» располагает пакетом акций в каждой из подконт-рольных компаний — от 22,7% акций в «Анти стил уоркс» до 39,8% в «Тоёта ауто боди». Кроме того, «Тоёта» получает ав-тозапчасти и компоненты от двух ассоциаций — «Кехокай», состоящей из 231 компании, и «Эйхокай», объединяющей 77 компаний. «Тоёта» не участвует в капитале членов ассоциаций. Связи с ними развиваются на основе контрактных отношений . В последние десятилетия отношения между крупными фирмами и мелкими поставщиками изменились. Раньше ги-ганты доминировали над участвовавшими в субпоставках фирмами. Сегодня роль фирм-поставщиков возросла. Они уже не только продают свои товары и услуги, но и осуществляют обмен информацией с потребителями. Мелкие поставщики объединяются в ассоциации, с которыми крупным фирмам- потребителям приходится считаться.

Финансово-промышленная группа часто включает также банки и финансовые компании. С их помощью происходит фи- нансовое обслуживание бизнеса внутри группы. Внутри груп-пы, которая носит в целом олигопольный характер, форми-руется экономическая и финансовая взаимозависимость. Вме-сте с тем жесткое централизованное управление деятельностью всей группы со стороны головной компании практически исключено вследствие огромного размаха ее операций. Участники группы лишь координируют свои действия с целью ограничения конкуренции, повышения общей эффективности, обеспечения надежности поставок и сбыта.

Если исходить из необходимости создания современной рыночной экономики в России, то нельзя обойти вниманием и мировой опыт успешного функционирования таких крупных корпораций, как финансово-промышленные группы. С помощью этих групп могут быть созданы мощные производственные комплексы, способные участвовать в конкуренции с крупными иностранными корпорациями, что создает необходимые условия для перехода к экономике открытого типа.

Конечно, одновременно с развитием крупных корпоративных структур необходимо применять методы антимонопольного регулирования для ограничения их экономического диктата. Государство должно следить, чтобы рынок обитания фи-нансово-промышленных групп носил олигопольный, но не откровенно монопольный характер. Для этого надо, в частно-сти, поощрять образование альтернативных экономических структур и развитие конкуренции за государственные заказы и закупки.

Эволюция предприятий в переходной экоЗадачи развития ма- номике отнюдь не ограничивается преоб- лых предприятии г » т т

г разованиями крупных предприятии. Не

меньшее значение имеет стимулирование развития малых и средних предприятий. Малый и средний бизнес, причем особенно малый (в дальнейшем изложении речь пойдет именно о нем), выполняет очень важную роль в рыночной экономике. Прежде всего, за счет оперативной реакции на изменение конъюнктуры рынка он придает необходимую гибкость рыночной экономике в целом.

Далее, говоря о малом бизнесе, необходимо отметить его массовость. Так, в промышленно развитых странах на малый бизнес зачастую приходится до 90—95% числа всех предприятий и до 20—60% валового национального продукта . Особую роль играет малое предпринимательство в развитии сферы услуг и торговли.

Малый бизнес способствует развитию конкурентной среды и тем самым снижению степени монополизации экономики. В силу своих небольших размеров и многочисленности, ма- лый бизнес гораздо труднее монополизировать, чем массовое производство на крупных предприятиях.

В силу небольших объетов производственных фондов и не-значительного числа занятых работников, малый бизнес об-ладает той гибкостью и подвижностью, которая позволяет быстро менять сферу деятельности или специализацию. Это позволяет ему активно осваивать новейшие достижения на-учно-технического прогресса, особенно в таких некапиталоемких сферах, как кибернетика и электронная техника.

Понятно также и то, что в силу своей массовости, малый бизнес обеспечивает занятость большого числа людей, что дополнительно поднимает его значимость в переходной экономике, стоящей перед угрозой появления массовой безработицы.

Все названные функции малого бизнеса показывают, насколько важно стимулировать его развитие при переходе к рыночной экономике, особенно — к социально ориентированной.

В современной российской экономике малый бизнес делает свои первые шаги, и период его становления протекает очень нелегко. Начавший было набирать силу в 1991 г. процесс образования малых предприятий в производственной сфере практически прекратился в 1992 году, вследствие проводившейся тогда экономической политики и экономической конъюнктуры. Либерализация цен и сильная, скачкообразная инфляция привели к ликвидации финансовой базы малого бизнеса из-за обесценения сбережений населения и резкого повышения процентных ставок. Причем в сфере производства, где наиболее организованно и жестко действует налоговая систе-ма, малые предприятия оказались к тому же под непомерным налоговым прессом. Добавим к этому, что малый бизнес наи-менее защищен от давления коррупции, организованной пре-ступности, произвола чиновников, и общая картина станет еще более удручающей.

Сказанным объясняется немногочисленность вновь создаваемых малых предприятий в России. Так, за весь 1992 год их образовалось вместе с кооперативами почти 190 тысяч, списочная численность занятых на этих предприятиях составила около 3 млн человек, а вместе с привлеченными работниками— примерно 5 млн человек . Относительная незначительность этих показателей видна из сопоставления с данными развития малого бизнеса в США. Там на 250 млн жителей страны насчитывается около 15 млн малых предприятий. В России же с ее населением порядка 150 млн человек имеется в целом, по оценочным данным, примерно 700 тысяч та- ких предприятий, т. е. столько, сколько в США возникает ежегодно .

Отрицательно влияет на развитие малого бизнеса в переходной экономике непрекращающийся спад производства. Он особенно губителен для малых предприятий, поскольку усиливает монопольный характер и дефицитность экономики, порождает экономический хаос и неуверенность. К тому же в условиях инфляции рост цен обгоняет повышение номинальных доходов населения, что приводит к сужению емкости внутреннего рынка и сдерживает предпринимательскую активность.

Все перечисленные сложности и проблемы переходной эко-номики сдерживают развитие малого бизнеса. Это показывает, что развитие малых предприятий нуждается в постоянной и целенаправленной государственной поддержке.

Кстати, государство всегда поддерживает малый бизнес и в условиях развитого социально ориентированного рыночного' хозяйства. Это ясно видно на примере современной экономики Германии. Прежде всего, отметим, что в немецкой государственной экономической политике, как и в экономической литературе, не принято обособлять малый бизнес от среднего. Они рассматриваются как некое экономическое единство, име-нуемое «миттельштанд», что в переводе на русский язык озна-чает средний слой. Экономическое значение мелкого и среднего бизнеса в ФРГ определяется его ролью, во-первых, работодателя для 2/3 всего занятого населения; во-вторых, производителя продукции и услуг, составляющих почти по-ловину валового внутреннего продукта; в-третьих, катализа-тора научно-технического прогресса, на долю которого при-ходится 2/5 всех валовых инвестиций и более половины за-регистрированных патентов; в-четвертых, источника кадров, охватывающего 85% всех имеющихся в ФРГ мест производ-ственного обучения .

Главным принципом, лежащим в основе системы мер государственной поддержки «миттельштанда», является оказание помощи, стимулирующее предпринимательскую активность. Общая цель программы государственной помощи — повышение эффективности и конкурентоспособности мелкого и среднего бизнеса. Перечислим основные меры государственной поддержки:

1. Мероприятия структурной политики федерального пра-вительства. Главный ее инструмент — картельное право. Ве-домство по надзору за картелями (по-нашему — антимоно- лольный комитет), во-первых, тщательно следит за слияниями крупных фирм, во-вторых, всемерно облегчает кооперацию мелких и средних фирм. Кроме того, обеспечивается равно-правное участие малого и среднего бизнеса в распределении государственных контрактов.

Налоговые льготы: специальные нормы амортизационных отчислений (ускоренное списание), создания резервов необлагаемой налогом прибыли, инвестиционные надбавки за счет налоговых ведомств.

Финансовая поддержка: льготные дешевые кредиты под гарантию правительства и специальные кредиты земельных правительств на создание новых рабочих мест.

Помощь в инновационной сфере: индустриальные и научные парки, инновационные центры, облегчающие доступ к информации и капиталу. Содействие в совместной работе мелких и средних фирм с научными учреждениями, помощь в обучении научного персонала.

Помощь в обучении предпринимателей и менеджеров в системе торгово-промышленных палат.

Консультационные услуги государственных экспертов и оплата консультационных услуг частных экспертов.

Не менее широкой, чем в странах с высокоразвитой, социально ориентированной экономикой, должна быть и государственная поддержка малого бизнеса в переходной экономике. Очень важно предоставление не только кредитных льгот, но и целевых средств венчурного капитала малым научно-тех-ническим фирмам. Актуальным является также привлечение ресурсов крупных предприятий через развитие системы со-трудничества крупного и малого предпринимательства — ши-роко развитого за рубежом франчайзинга. При этой системе крупная головная фирма предоставляет за плату малому предприятию право использовать свою торговую марку, оказывает услуги в виде консультаций и рекламы, сдает в аренду оборудование и т. д. Это система взаимовыгодного сотрудничества крупных и малых предприятий способствует развитию рыночного механизма торговли и сферы услуг. Необходима и государственная техническая помощь малым предприятиям производственного характера.

Контрольные вопросы

Как формируется капитальная стоимость предприятия в переходной экономике?

Что такое взаимная задолженность и кризис неплатежей, чем они опасны?

Каковы пути преодоления взаимной задолженности предприятий?

При каких условиях предприятие становится рыночным субъектом?

Какова роль крупных предприятий в переходной экономике и в чем состоят трудности их перехода к рынку?

Какие новые корпоративные структуры развиваются в переходной экономике и почему?

Какова роль малых предприятий в рыночной экономике?

В чем состоят проблемы развития малых предприятий в России?

Каковы пути государственной поддержки малого бизнеса в переходной Экономике?

<< | >>
Источник: В. В. Радаева, А. В. Бузгалина. Экономика переходного периода. 1995

Еще по теме Глава 13. ИНДИВИДУАЛЬНОЕ ВОСПРОИЗВОДСТВО И ТИПЫ ПРЕДПРИЯТИЙ В ПЕРЕХОДНОЙ ЭКОНОМИКЕ:

  1. 1.2. Основные черты переходной экономики и закономерности ее развития. Современные типы переходной экономики
  2. Глава 45Индивидуальное воспроизводство в переходной экономике
  3. Глава. 16. ИНДИВИДУАЛЬНОЕ ВОСПРОИЗВОДСТВО: ДВИЖЕНИЕ РЕСУРСОВ ПРЕДПРИЯТИЯ
  4. 9.1. Преобразование государственного предприятия в рыночную структуру.Типы предприятий в российской экономике
  5. Тема IX. ПРЕДПРИЯТИЕИ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВО В ЭКОНОМИКЕ ПЕРЕХОДНОГО ПЕРИОДА
  6. 9.2. Основные модели экономического поведения предприятий в переходной экономике
  7. Раздел II. ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВО И ИНДИВИДУАЛЬНОЕ ВОСПРОИЗВОДСТВО
  8. Глава 5. ПРИВАТИЗАЦИЯ В ПЕРЕХОДНОЙ ЭКОНОМИКЕ
  9. Глава 14. КОНКУРЕНЦИЯ И МОНОПОЛИЯ В ПЕРЕХОДНОЙ ЭКОНОМИКЕ
  10. Глава 12 ГОСУДАРСТВЕННОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ В ПЕРЕХОДНОЙ ЭКОНОМИКЕ
  11. Глава 11. ЗАНЯТОСТЬ И ИНФЛЯЦИЯ В ПЕРЕХОДНОЙ ЭКОНОМИКЕ
  12. Глава 7. ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКИЙ ПОТЕНЦИАЛ В ПЕРЕХОДНОЙ ЭКОНОМИКЕ
  13. Глава 1. СОДЕРЖАНИЕ ПЕРЕХОДНОЙ ЭКОНОМИКИ: ОБЩЕЕ И ОСОБЕННОЕ
  14. Глава 3 СОДЕРЖАНИЕ СОВРЕМЕННОЙ ПЕРЕХОДНОЙ РОССИЙСКОЙ ЭКОНОМИКИ
  15. Глава 59Роль обменного курса в переходных экономиках