<<
>>

Единство исторического и логического

Любой процесс действительности распадается на явление и сущность, имеет историю своего становления и основную линию раз-вития.

Исторический метод прослеживает историю развития данного явления во всей полноте и многообразии. Систематизируя и обобщая эмпирический материал, можно установить общую историческую закономерность.

Но эту же закономерность развития можно выявить, обращаясь не к реальной истории, а исследуя основные фазы развития на сущностном уровне, т. е. на уровне абстракции, очищенной от исторической формы.

Эта задача решается средствами логического метода.

В единстве исторического и логического историческое «просле-живает» процесс становления и развития объекта, а логическое обеспечивает теоретическое воспроизведение развивающегося объекта во всех его закономерных связях и отношениях.

Единство исторического и логического усиливает возможности гносеологического отношения в системе «субъект-объект», особенно в условиях, когда в качестве объекта выступает та социальная реальность, которая сплошь и рядом подтверждает герак- литовское замечание о том, что «в одну и ту же реку нельзя войти дважды».

Только единство исторического и логического позволяет иметь относительно адекватное представление об обществе как объекте социальной реальности. Только это единство позволяет выстраивать теории развивающегося объекта.

Рассматривая проблему познания бытия в мире, следует обратить внимание на специфику вненаучного познания, на взаимосвязь знания и веры.

Чем выше роль науки в жизни общества, тем меньше внимания получает так называемое вненаучное познание. Оно рассматривается как неразвитое, поверхностное, а подчас и ложное. Но человечество в своем развитии упрямо демонстрирует, что наука может многое, но далеко не все; что человеческая цивилизация развивается на основе не только научного знания, но и обыденного познания, этического и эстетического, правового и политического, религиозного и философского видения мира. В «зеркале» этих форм освоения мир отражается далеко не так, как с позиции науки. Налицо как бы две проекции действительности. И каждая из них необходима людям на своем месте и в свое время, а посему нужно вести речь не о противопоставлении научного и вненауч- ного познания, а об их дополнительности с учетом принципа конкретности истины.

Проблема разных видов познания заключается не в том, чтобы провести демаркационную линию между наукой и другими формами освоения мира, а в том, чтобы выявить возможности каждой формы, включая и науку, в контексте структуры обществен-ного сознания, помня, что в каждую историческую эпоху общественное сознание имело свою организационную структуру и его «олимп» венчала одна из форм сознания, выступая законодателем «моды» для всех остальных. В античности это философия, в эпоху Средневековья — религия, в Новое время — философия и наука, в Новейшее — политика.

Все формы сознания имеют нечто общее и свое особенное, что позволяет поставить вопрос и выявить общее и особенное в характеристике научного и вненаучного познания.

Во-первых, все формы освоения мира обусловлены единым гносеологическим отношением в системе «субъект-объект», но каждая имеет свой предмет отражения, свои приемы и способы познания.

Во-вторых, все формы освоения мира ориентированы на получение знания, обеспечивающего функционирование системы «при-рода—общество—человек».

В-третьих, результаты вненаучного и научного познания обеспечиваются на базе единства чувственных, рациональных и иррациональных структур, их взаимовлияния и взаимопроникновения.

Можно говорить только о доминанте этого единства в каждом конкретном случае.

В-четвертых, вненаучное и научное познание различаются по методологии. Научное ориентировано на чувственный и рациональный уровень освоения объективной реальности. Что касается вненаучного познания, то его ориентация выходит за пределы объективной реальности. Вненаучное познание включает не только объективную, но и субъективную, и трансцендентную реаль-ность, не имеющую ни протяженности, ни длительности, а стало быть, не фиксируемую ни чувствами, ни логикой рассудка.

Научное познание «работает» на общество, вненаучное замыкается на сущностные силы человека, претендуя быть руководством для человека в тех или иных проблемных ситуациях. 1. И наконец, результаты вненаучного и научного познания равнозначимы для человека. Человек нуждается в истинах науки, знании добра, справедливости, свободы, красоты, гармонии.

Таким образом, нет основания для утверждения абсолютной ценности одной из форм освоения мира, а есть необходимость выявить грани соприкосновения, реализовать в полной мере принцип дополнительности, исключив альтернативу: научное или вне- научное.

Формы вненаучного познания можно классифицировать по разным основаниям: по той общественной потребности, которая вызвала их к жизни; по способам хранения, трансляции и востребованности результатов вненаучного познания; по степени близости к научному познанию.

Во вненаучном познании пересекаются все грани освоения бытия в мире; реализуется их непосредственное и опосредованное отношение к миру, субъективность и объективность, рациональность и иррациональность, знание и вера, ценности и нормы.

Интегративной формой вненаучного познания является обыденное познание. Его носителем выступает человек. Цель обыденного познания состоит в том, чтобы выработать знания о мире и о себе, сформировать психологическую установку на отношение к миру, найти оптимальную форму осуществления своих интересов (потребностей).

В «котле обыденного познания провариваются» такие ранние формы обыденного сознания, как фетишизм, тотемизм, магия, анимизм, гилозоизм, приметы. Сюда же относятся и более поздние формы индивидуального сознания (адаптированное общественное сознание): религия и философия, политика и право, мораль и искусство, а также в той или иной мере наука, если она не является определяющей для обыденного познания, если только его носитель профессионально не представляет науку.

Фетишизм — вера в сверхъестественную силу предмета, способную предохранять человека от различных бед. За исключением предметов с целебными свойствами, все остальные фетиши основаны на вере.

Тотемизм — вера в сверхъестественную связь и кровную близость родовой группы с каким-либо видом животных, растений. Это своеобразная форма сродности человека и природы.

Магия — вера в способность человека определенным образом воздействовать на объекты и людей. Белая магия — это колдовство с помощью небесных сил, а черная — с помощью дьявола. В целом магия воплощает веру в чудо.

Анимизм — вера в существование духа, души у каждой вещи. Анимизм является следствием антропного принципа: я вижу мир сквозь призму своих представлений о себе (См.: Ф. Бэкон о призраке «рода»).

Гилозоизм — вера в абсолютизацию жизни. Вся реальность мира находится в состоянии жизни, имеет свое начало, фазы развития и свою летальность.

Приметы — фиксированная форма часто повторяющихся событий. Некоторые из примет фиксируют причинно-следственную связь, улавливают их необходимый характер, иные носят случайный характер, но ошибочно принимаются за необходимое.

И те и другие формируют стереотип поведения, закрепляются верой.

Из шести ранних форм освоения мира все шесть основаны на вере. Неслучайно вера является основанием таких форм чувственно-абстрактного освоения бытия в мире, как оккультное, паранормальное и медитативное познание. Интерес к этим формам — явление не случайное. Он обусловлен и ломкой общественных отно-шений, и духовным кризисом, ощущением тупика в развитии новоевропейской цивилизации, обострением глобальных проблем современности и неспособностью человечества их оптимально решать.

В этих условиях отмеченные формы вненаучного познания требуют не распятия, иронии или восторженности, а познания непознанного, опираясь на методологический принцип сомнения, позволяющий пройти по «лезвию бритвы» между абсолютным отрицанием и абсолютной верой.

Проблема знания и веры неоднократно заявляла о себе в истории человечества.

Средневековье оставило три варианта решения этой проблемы:

Знание и вера — антиподы. Они несовместимы. Вере не нужно никакое знание, ибо у нее есть свое основание — откровение.

Знание и вера имеют разные источники, а поэтому они обла-дают разными истинами. Истины разума и истины Бога не зависят друг от друга, а посему имеют равное право на существование. 3. Знание и вера могут обрести единство. Однако суть этого «союза» понималась по-разному. «Понимаю, чтобы верить» и «Верую, чтобы понимать».

Союз веры и знания не состоялся, но эта идея продолжает жить, если учесть психологическую установку на веру как субъективное доверие в рамках познавательной деятельности. Отсюда проблема уяснения конструктивного характера веры, ее статуса в каче-стве познания, где вера задает фазу предпонимания.

Знание и вера имеют разные основания. Знание получает свой статус в процессе осуществления гносеологического отношения в системе «субъект-объект» и последующей верификации, только тогда оно обретает социальную значимость.

Вера базируется на общезначимости того, во что верят. Носителем веры выступает человек, а посему она имеет в нем свою укорененность. Это прежде всего доверие к своим чувствам, доверие к собственным гипотезам, своей интуиции, принятие на веру накопленного социального опыта, традиций, обычаев.

В результате можно констатировать «встроенность» веры во многие процессы жизнедеятельности человека, где даже в научном познании соседствуют доверие и сомнение, а через это единство и реализуется познание, осуществляется производство эмпирического и теоретического знания.

Проблема веры требует к себе внимания еще и потому, что человек в своей жизнедеятельности реализует обыденное познание, которое своими истоками уходит в оплодотворенные верой первые формы сознания: тотемизм, фетишизм, магию, анимизм, гилозоизм, приметы.

Вера должна найти свое место в гносеологическом отношении системы «субъект-объект», как нашла она свое место в жизнедеятельности человека. Проблема взаимосвязи веры и знания требует нового прочтения и терпеливо ждет своих исследователей.

Рассмотрев гносеологическое отношение субъекта и объекта, уровни и формы познания, принципы, приемы и методы освоения мира, обратив внимание на взаимосвязь научного и вненаучного познания, на соотношение знания и веры, можно и нужно рассмотреть категории, отражающие и выражающие наиболее общие свой-ства, отношения, связи познаваемого бытия в мире и заявляющие о себе в качестве инструментария объяснения мира.

<< | >>
Источник: Кальной И. И.. Философия. Учебное пособие.. 2002

Еще по теме Единство исторического и логического:

  1. 6. Логическое и историческое
  2. ИСТОРИЧЕСКОЕ И ЛОГИЧЕСКОЕ
  3. 6.4. ПЕРЕХОД ОТ ИСТОРИЧЕСКИХ МИНИМУМОВК ИСТОРИЧЕСКИМ МАКСИМУМАМ В РАЗВИТИИСЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РОССИИ
  4. БЕСКОНЕЧНОЕ ЛОГИЧЕСКОЕ
  5. ПСИХО-ЛОГИЧЕСКИЙ ТЕСТ
  6. ЛОГИЧЕСКИЙ ПОЗИТИВИЗМ
  7. 5.4. Логический анализ
  8. 2. Логические ошибки в речи
  9. Тема 3. ЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ СУДЕБНОЙ РЕЧИ
  10. МАТЕРИАЛЬНОЕ ЕДИНСТВО МИРА
  11. Упражнение 12. Отделение логического от психологического
  12. 1. Логическая структура судебной речи
  13. ТРАНСЦЕНДЕНТАЛЬНОЕ ЕДИНСТВО АППЕРЦЕПЦИИ