<<
>>

ГЕШТАЛЬТ ПСИХОЛОГИЯ


— одно из ведущих направлений в западной психологии. Появилось в конце 19 в. в Германии и Австрии. Для объяснения явлений психической жизни Г. взяла на вооружение принцип целостности, несводимости элементов психической жизни к простой сумме ее составляющих.
Это ключевое положение было зафиксировано в активном использовании понятия "гештальт" (немец. Gestalt — образ, структура, целостная форма, которое также близко к понятиям "паттерн" и "конфигурация"). Впервые феномен "гештальта" был выявлен при исследовании стробоскопического дви-жения в 1912 М. Вертхаймером совместно с В. Келером и К. Коффкой, ставшими позже также центральны-ми фигурами в Г. Иллюзия движения двух последовательно вспыхи-вающих точек ими впервые была объяснена наличием целостного перцептивного поля. Воспринимаемое движение являлось функцией неизо-лированных стимулов и зависело от их взаимоотношения в рамках определенного гештальта. Первоначаль-но наиболее активно исследования велись в области восприятия с целью выявления его целостного характера. Для объяснения ряда феноменов, выявленных в ходе этих работ, были введены в психологию такие понятия, как фигура и фон, прегнантность фигуры, законы прегнантности и др. В 1920—1940-х Г. стала применяться для изучения интеллектуальной сферы животных (Келер) и творческого мышления человека (Вертхаймер). Экспериментальные исследования гештальт-психологов (Келер, Вертхаймер, Дункер) выявили один из главных механизмов мышления — обнаружение новых сторон предметов путем мысленного их включения в новые связи и отношения путем их переструктурирования и придания им прегнантности. В 1930—1940-х при описании групповых процессов и объяснении закономерностей груп-повой динамики Левин исходил из законов "организм — среда" таким образом, чтобы его актуальные по-требности удовлетворились. Ф. Перле создал модель психологического роста, в основу которой положено определение психологического здо-ровья как наличия у индивида способности и энергии для перехода от 236 Гештальт-терапия
опоры на среду к опоре на себя и к саморегулированию. Психологический рост может проходить по-разному. Это прежде всего завершение (проживание "здесь и теперь") не-завершенных ситуаций или геш- тальтов с помощью терапевта. Он со-вершается и при последовательном прохождении индивидом пяти не-вротических уровней: клише, игр, тупика, внутреннего взрыва,внешнего взрыва. В ходе взаимодействия с клиентом терапевт должен помочь ему восстановить границы контакта путем работы с невротическими ме-ханизмами, препятствующими росту: проекцией, интроекцией, ретрофлек-сией и конфлюенцией. Психологический рост непосредственно связан с расширением зон самосознавания, со способностью человека жить в этом потоке сознавания, находиться на континууме сознавания, т. е. осо-знавать собственный опыт, свои ощу-щения, чувства, мысли, желания, каждое мгновение своей жизни, пе-реходя от одного фрагмента "здесь и теперь" к следующему и т. д. В Г. считается, что сознавание уже само по себе обладает позитивной, оздо- равливающей силой. Поэтому Перле и целый ряд его последователей (П. Гудмэн, Р. Хефферлин, К. На- ранхо, Дж. Энрайт и др.) постоянно пытались и пытаются расширить арсенал процедур и упражнений, на-правленных на активизацию созна-вания, формируя на базе Г.
методы гештальт-терапии (см. Гештальт- терапия).
С. С.Харин
ГЕШТАЛЬТ-ТЕРАПИЯ — одно из современных и постоянно развиваю-щихся и совершенствующихся пси-хотерапевтических направлений. Основатель Г. Фредерик (Фриц) Со-ломон Перле (1893—1970). Благодаря таким его личностным качест-вам, как неукротимый темперамент, страсть к постоянному эксперимен-тированию и совершенствованию технологии, широкая эрудиция и т. д., Г. стала самобытной и эффективной психотерапевтической системой. Г. появилась как своеобразная антитеза психоанализу (в особенности его концептуальному аппарату). При разработке идеологической базы Г. Перле попытался синтезировать некоторые постулаты экзистенци-альной философии (экзистенциальный тупик, пустота, смерть и т. д.), а также телесноориентированной психотерапии Райха, что нашло свое выражение во взглядах Перлса на отсутствие пропасти между психической и физиологической деятельнос-тью организма. Последовательное внедрение в концептуальный аппа-рат Г. принципа холизма привело Перлса к пониманию индивидуума как части широкого-й^ця жизнедея-тельности, включающего в себя и организм и его среду. Развитие этой точки зрения позволило ему создать оригинальную концепцию психичес-кого здоровья человека, в основе ко-торой лежит его способность гибко, творчески, а не фригидно контакти-ровать со средой и прерывать контакт с нею. Перле полагал, что ритм контактирования и ухода от контакта определяется сменой актуальности потребностей индивида. В качестве модели смены потребностей Перле использовал разрабатываемую в ге-штальт-психологии идею о взаимо-действии фигуры и фона. Доминиру-ющая потребность проявляется как фигура на фоне всего того, что есть в сознании. После ее удовлетво-рении, т. е. завершения гештальта, она уходит в фон, и ее место в качестве фигуры занимает новая актуальная потребность. Г. исходит из пред-положения о том, что невротик не способен осознать, а следовательно, сделать правильный выбор, опре-делить, какая из его потребностей доминирующая, или же построить свои отношения в системе гештальт- психологии. При анализе групповой динамики Перле опирался на два ос-новных закона гештальт-психологии: целое доминирует над частями и отдельные элементы объединяются в целое. В 1940—1950 он предпринял попытку приложить основные положения Г. к исследованию динамики личностных изменений, переформулировал некоторые из принципов гештальт-психологии применительно к психотерапии, создав новое эффективное психотера-певтическое направление — Г. В на-стоящее время основополагающие постулаты гештальт-психологии ис-пользуются при создании концепту-ального аппарата онтологической психологии (например, культурно- символический гештальт). За более чем сорокалетний период развития Г. в ее лоне был разработан целый ряд оригинальных техник: суппрес- сивная, экспрессивная интеграции, "переименование симптома", "бар-хатный каток" и др. Гуманистический дух Г. привлек к ней умы и сердца огромного числа последователей Перлса.
С. С. Харин
ГИДДЕНС (Giddens) Энтони (р. 1938) — британский социолог и политолог. С 1961 — преподаватель социологии в университете Лестера, с 1970 — старший преподаватель социологии в Кембриджском университете, с 1985 по настоящее время — профессор социологии в Кинге Колледже, Кембридж (Великобритания). Автор мно-гочисленных работ по социальной теории, исторической социологии. Известен как создатель социальной теории структуризации. Г. начал свою научную деятельность с пере-смотра работ классиков социальной теории ("Капитализм и современная социальная теория", 1971). На его теоретические взгляды сильно по-влияла философия Хайдеггера, в ча-стности концепция интерпретации времени и бытия. Г. использует постулат Хайдеггера о том, что ни про-странство, ни время не могут быть рассмотрены в современной филосо-фии и социальной теории и в трактовке Канта, как "структура" (рамки) социальных объектов и их деятельности. Понятия пространства и времени могут интерпретироваться только как постоянное преем-ственное смешение присутствия и отсутствия. В первую очередь Г. выступает против ставших аксиомати-ческими теорий "функционализма" и "эволюционизма". По его опреде-лению "функционализм" является доктриной, которая: (1) постулирует наличие "потребностей" у социальных систем и обществ, (2) обеспечи-вает определение путей, по которым общества удовлетворяют эти потреб-ности, (3) предстает как объяснение того, почему частные и конкретные социальные процессы происходят так, как они происходят. Подобную трактовку "функционализма", по Г., включает в себя как "нормативный функционализм" Парсонса, так и "конфликтный функционализм" Мер- тона. Г. утверждает, что функциона-лизм основывается на ложном разделении социальной статики и динамики, синхронизации и диахронизации. Это приводит к ряду грубых логических ошибок. При изучении систем диахронически мы анализируем, как они изменяются во времени, что в рамках функциональной традиции неизбежно приводит к идентификации времени с социальными измене-ниями. Он активно возражает функ-циональной трактовке социального действия, характеризующей социальных агентов как "культурных наркоманов", а не как агентов, со-знательно действующих в рамках институтов, которые они производят и воспроизводят через свои дейст-вия. В конечном итоге Г. заявляет, что понятие "функции" не имеет принципиального значения ни для социальных наук, ни для истории. Аналогичным образом критикуются положения "эволюционизма". Все эволюционные теории, включая марксизм, недооценивают сознательность социальных агентов и переоценивают роль адаптации — понятия столь же нужного в социальной теории, как и "функция". Критическое рас-смотрение трудов классиков социальной теории приводит Г. к фор-мированию основных положений теории структуризации ("Основные проблемы социальной теории", 1979; "Устройство общества" 1984). Тео-рия структуризации представляет робой социальную онтологию, скорее определяющую, какие типы вещей существуют в мире, нежели устанавливающую законы социально-го развития и предлагающую точные гипотезы и объяснения происходя-щего в действительности. Г. пытается переосмыслить традиционное для социологии разделение между "действием и структурой". Теория струк-туризации исходит из: (1) разделе- ния понятий структуры и системы. Социальные системы представляют собой образцы отношений между агентами и сообществами, воспроиз-водимые во времени и пространстве. Социальные системы состоят из социальных практик. Структуры же существуют во времени и пространстве в качестве "моментов", вовлечен-ных в производство и воспроизводство социальных систем. Структуры имеют лишь "виртуальный харак-тер" (2) и могут анализироваться как правила и ресурсы, структурные принципы или принципы ориента-ции. Г. (3) вводит понятие функцио-нального постулата, или принципа дуализма структуры. В соответствии с ним структура является и средством и результатом социальных практик, которые конституируют социальные системы. Изучение структуризации социальных систем означает (4) изучение условий, управляющих их преемственностью, изменением и дезинтеграцией (деградация, разло-жение). Концепция социального вос-производства (5) сама по себе не является объясняющей: воспроиз-водство характеризуется условнос-тью и историчностью. Понимаемое в любом другом виде воспроизводство, неизбежно будет трактоваться в функциональной традиции. Наконец (6), можно выделить три уровня, вовлекаемых в анализ социальных систем: (а) непосредственную связь взаимодействия, последовательно "вносимого" в контекст социальны-ми актерами, — элементарную форму социального воспроизводства;
(б) существование Dasein, существо-вание жизни перед лицом смерти, и биологическое воспроизводство;
(в) долговременное воспроизводство индивидуумов через поколения, пре-емственность отношений трансформа-ции/медитации, имплицированных в структурные принципы системных организаций. Таким образом, "пред-метом социальных наук являются социальные практики, упорядочен-ные в пространстве и во времени". "Социальная деятельность является повторяющейся", подчеркивается активный, рефлексивный характер действия. Г. анализирует фундамен-тальную роль языка в объяснениях социальной жизни. Язык неотъемлем от практической повседневной деятельности и в некотором смысле конституирует эту деятельность. Ос-новные положения теории структу-ризации были подробно развиты в работах по исторической социоло-гии ("Современная критика истори-ческого материализма", 1981; "На-циональное государство и насилие", 1985; "Условия современности", 1990). В частности, интерес представляют концепции власти и социальной системы в целом, изложенные в терминах теории структуризации. Фун-даментальное предположение Г. в отношении власти состоит в том, что она должна рассматриваться только в контексте пространственно-временных отношений (понимаемых в соот-ветствии с философской концепцией Хайдеггера) и пониматься как один из элементов среди других в устройстве социальной системы. Причем, полемизируя с Марксом, он утверж-дает, что понятия власти и свободы не являются оппозиционными. На-против, власть лежит глубоко в основе природы человеческого агента и, следовательно, "в свободе действо-вать иначе". Власть в соответствии с теорией структуризации определя-ется как порождаемая через воспро-изводство структур доминирования. Также Г. выступает против отожде-ствления общества с национальным государством. Скорее следует говорить о "социальных системах и институтах, которые могут быть (а возможно, и нет) ограниченными национальными границами". В настоящее время существует ряд вторичной литерату-ры, продолжающей развитие теории структуризации Г. (например, И. Дж. Коген, "Теория структуризации", 1989). Критики Г. обвиняют его в изобретении велосипеда там, где социологические теории соци-ального действия, структуры и изменений уже выработали достаточно ясные варианты ответов. Так же как и Парсонса, его обвиняют в отрыве от эмпирической реальности и научном обскурантизме (например, Дж. Кларк, "Э. Гидценс. Консенсус и полемика", 1990).
Е. А. Угринович
ГИЙОМ (Guillaume) Гюстав (1883— 1960) — французский лингвист, автор идеи и концепции психомеханики языка. Преподавал в Школе Высшего образования в Париже (1938— 1960). Основные сочинения: "Проблема артикля и ее разрешение во французском языке" (1919), "Время и глагол" (1929), "Архитектоника времени в классических языках", "Лекции по лингвистике Гюстава Гийома" (издание их продолжается по сей день), "Принципы теоретической лингвистики" (опубликованы посмертно, 1973) и др. Является создателем теории лингвистического ментализма, которую иначе еще называют феноменологией языка. Свои первые очертания теория Г. стала об-ретать в то время, когда в лингвисти-ке начал распространяться структу-рализм как теория и метод анализа языковых явлений. Из школ струк-турализма (пражской, французской), а также русского формализма Г. ближе всего была версия Соссюра. Однако тот вариант структурализма, который был предложен Г. в 1919, далеко выходит за рамки структура-лизма 1920-х и может быть признан одной из первых попыток создания постструктуралистской концепции языка. Основанием для подобной трактовки идеи Г. может служить как то, что он достаточно строго различал понятия структуры и системы (системы и не-системы), так и то, что он стал вводить в лингвистику на целых 30 лет раньше, чем постструктурализм Лакана и Делёза, понятия из области психологии. Так же как и Соссюр, Г. различает речевую дея-тельность, язык и речь. Однако в уравнение Соссюра "Речевая дея-тельность = язык + речь" Г. вносит существенное дополнение — фактор времени, который принципиально меняет представления о том, что есть речевая деятельность. У Г., как и у Соссюра, содержится идея целост-ности рассматриваемого феномена: язык и речь рассматриваются не отдельно, а представляют особое целое — речевую деятельность. Речевая деятельность, по Г., есть не просто целое, а есть последовательность, а также параллельность языка и речи: языка, присутствующего в нас постоянно в состоянии возмож-ности, и речи, присутствующей в нас время от времени в состоянии дейст-вительности. Г. уходит от замкнутого на самого себя языка в структура-лизме (что впоследствии в пост-структурализме выразилось в таких понятиях, как контекстуализм и уни-версальная текстуальность), обосно-вывая ту гипотезу, что в основе и языка и речи лежат психомеханизмы. Это означает, что Г. соединяет в одной "языковой игре" семиотиче-ские коды психологии и лингвисти-ки. На первый взгляд кажется, что между введением временности в ис-ходную для понимания речевой дея-тельности формулу и соединением психологических и лингвистических семиотических кодов нет ничего общего. Однако именно понятие времени позволяет снять лингвоцен- тризм и осуществить выход к фено-менологической проблематике — к миру "психических сущностей". Г. различал те мыслительные опера-ции, из которых следует построение речи, и те, из которых следует построение языка. По аналогии с различием речи и языка Г. различает "факт речи" и "факт языка". И если с пониманием первого проблем не возникает — "факт речи" тождест-вен акту речи, который протекает в определенный момент времени и ограничен временными рамками, то "факт языка" — это нечто совсем иное в силу его иного положения в сознании. По Г., он представляет собой психический процесс, который произошел в нас в неопределенном прошлом, о чем у нас нет ни малейшего воспоминания. Очень важную функцию в теории Г. несет на себе различие между психосистематикой языка и психомеханикой языка. Данное различие описывает отношение Г. к проблеме соотношения языка и мышления. Г. отходит от традици-онной постановки вопроса, которая проявляется повсеместно, — тожде-ственны или нет мышление и язык, и если нет, то где и как они пересека-ются? Г. прибегает к совершенно иной постановке вопроса — он раз-личает собственно мышление и воз-можность мысленного самослеже- 238 Гилеморфизм
ния. По Г., язык есть механизм мышления для перехвата своей собст-венной деятельности. Поэтому то, что мы открываем, изучая язык, — это и есть, по Г., "механизмы перехвата", схватывания мышлением самого себя. По Г., психосистематика исследует не отношение языка и мы-шления, а определенные и готовые механизмы, которыми располагает мышление для перехвата самого се-бя. И если язык представляет собой систему средств, которые "порожде-ны" мышлением для мгновенного перехвата своей собственной дея-тельности, то изучение языка опо-средованно приводит нас к познанию мышления вербального. Что означает в контексте теории Г. понятие "механический"? Оно означает, что речевая деятельность в своей основе имеет реально протекающие психи-ческие процессы. "Психосистематикой" Г. называет науку, изучающую психомеханизмы мышления. По Г., она представляет собой новую об-ласть лингвистики. Г. говорил о том, что лингвист-структуралист должен уметь преобразовывать возможность физического словесного высказы-вания в возможность мысленного словесного высказывания, а возмож-ность мысленного словесного выска-зывания в начальную возможность мысленного видения. Интерпретация идей Г. ставит вопрос о существовании в прежнем виде современных парадигм философии и лингвистики. Интерпретация касается не только одной из базовых для философии 20 в. бинарных оппозиций гумани-тарного и научного методов познания в духе дильтеевского разграничения "наук о духе" и "наук о природе", но и менее фундаментальных про-блем, например демаркации между методами аналитической философии и феноменологии. Именно в рассмот-рении этих вопросов состоит значимость концепции Г. для современной философии. На всем протяжении 20 в. очевиден непрекращающийся спор о методе. Суть его можно свести к следующему: метод "наук о природе" — экспериментальный, метод "наук о духе" — интроспективный или, предположительно, феномено-логический. Различие между ними поклонники подобного взгляда на мир видят в разной направленности этих методов: один направлен на "внешний" мир, другой — на "внут-ренний". Построения Г. показывают несостоятельность подобного разгра-ничения и обращают внимание на структуру любого "усмотрения" — экспериментального или интроспек-тивного, на то, что в какую бы сторону они ни были "направлены", они формируются прежде всего в "воз-можности мысленного видения" и заканчиваются "действительной ре-чью". Тем самым снимается "разно- направленность" методов и приходит понимание того, что любой экспери-ментальный метод в своей основе является глубоко феноменологическим или интроспективным. В 1964 (официально открыт в 1973) в Уни-верситете имени Лаваля (Квебек, Канада) был создан Фонд Г. Анало-гичный Фонд открыт в Савойском университете (Франция). В 1968 со-здана Международная ассоциация психомеханики языка.
Ю. В. Баранчик
<< | >>
Источник: А. А. Грицанов. Всемирная энциклопедия: Философия. 2001

Еще по теме ГЕШТАЛЬТ ПСИХОЛОГИЯ:

  1. ГЕШТАЛЬТ-ПСИХОЛОГИЯ
  2. Лекция 1. Психология как наука. Предмет и задачи психологии. Отрасли психологии
  3. ГЕШТАЛЬТ-ТЕРАПИЯ
  4. Экстрим с психологом или экстрим без психолога
  5. ГЛУБИННАЯ ПСИХОЛОГИЯ
  6. А. Лебедев-Любимов. ПСИХОЛОГИЯ РЕКЛАМЫ, 2002
  7. ПСИХОЛОГИЯ МАСС
  8. ПСИХОЛОГИЯ
  9. ГУМАНИСТИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ
  10. Раздел V. ПСИХОЛОГИЯ КОЛЛЕКТИВА