<<
>>

ИСКУССТВЕННОЕ и ЕСТЕСТВЕННОЕ


— категории, указывающие на разные модусы существования объектов деятельности и культуры, и задающие принцип дуализма в отношении их. В соответствии с ним сис-темы деятельности (а также языка, культуры и мышления) должны рассматриваться как результат вза-имодействия и склейки двух принципиально разных механизмов: искусственного механизма, регулируемого целями и сознательно используемыми нормами, соответственно выражаемого в телеологических терми-нах: целей, проектов, норм, техники; и естественного механизма, описы-ваемого в терминах объективированных явлений, спонтанных процессов, средовых условий, и фиксируемого с помощью феноменальных описа-ний, моделей, законов и закономерностей. В таком явном виде принцип И. и Е. был сформулирован Щедро- вицким как один из принципов сис- темодеятельностной онтологии. Все организованности культуры и деятельности в рамках такого подхода полагаются кентавр-системами или искусственно-естественными обра-зованиями. В силу этого они не могут быть описаны в онтологически однородных терминах и требуют привлечения по меньшей мере бинарных, дуалистических схем. Это предположение радикально пробле- матизирует и ограничивает приме-нение естественно-научной методологии в социально-гуманитарной сфере. Соотношение И. и Е. в человеческой деятельности, культуре, мышлении, языке оказывается "пробным камнем" новых методологических подходов. Новая эпистеми- ческая ситуация связана с тем, что объектом исследовательского внимания становятся уже не чисто природные явления в их сопоставлении с человеческой техникой и культурой, а вторичные процессы оестеств- ления и оискусствления (артифика- ции) в рамках самой деятельности. Речь может идти о таких совершенно различных феноменах, как массовое сознание, человеко-машинные системы или развивающее обучение. В новой системе координат пробле- матизируются или получают новую интерпретацию категории исторически различных культурных парадигм: "космос" и "таксис", "твар- ное" и "нерукотворное", "природа" и "свобода", "инстинкт" и "разум" и др. Расширенное толкование категорий И. и Е., по сравнению с традиционными оппозициями типа "природа — культура", "инстинкт — разум" получило распространение в различных подходах. Например, Хайек, разрабатывая эволюционную теорию морали, расширяет употребление категории Е. на процесс культурной эволюции, подчеркивая тем самым его спонтанность и независимость от сознательных намерений отдельных индивидов. Поппер, напротив, вы-двигает на передний план И. характер культурных и моральных норм. И это неслучайно: в книге "Открытое общество и его враги" Поппер стремится построить не объяснительную теорию эволюционного толка, а скорее сформулировать некоторые принципы социальной инженерии. Фигуре все объясняющего историцис- та он противопоставляет фигуру социального технолога. Нормы культуры поддаются оценке и за них люди мо-гут нести ответственность — именно этот аспект важен с позиций социальной инженерии, хотя Попперу приходится оговаривать, что нормы не являются результатом произвольной конвенции или целиком продуктами разума. Таким образом он расширяет употребление категории И. Хотя подходы Поппера и Хайека имеют много общего, тем не менее столь разная категориальная фикса-ция норм культуры весьма показательна. Граница между И. и Е. внутри самой культуры и деятельности оказывается не субстанциональной, абсолютной, но каким-то образом зависящей от самоопределения иссле-дователя и способа выделения объекта. Интерпретация соотношения категорий И. и Е.
исторична. Соот-ветствующая проблематика неодно-кратно меняла свои тематические контексты. Вычленяются онтологи-ческие, логические, эпистемологические, семиотические, антропологические аспекты проблемы И. и Е. Несмотря на разнообразие, их объе-диняет одно: понимание того, что традиционные формы отношений между И. и Е., заданные прошлыми культурными парадигмами (антич-ность, средневековье, Новое время, эпоха Просвещения) неадекватны новой социокультурной реальности. Исторически проблематику И. и Е. можно обнаружить уже в платоновском диалоге "Кратил", где обсужда-ется вопрос о том, закрепляет ли язык форму за содержанием "по природе" или "по соглашению". И уже в другой постановке эта же проблема проходит сквозь все средневековье (спор об универсалиях). Номиналисты подчеркивают "тварный" характер универсалий и их конвенциональный характер, трактуя единичные вещи в относительно естественной модальности. Реалисты, говоря об универсалиях, напротив, настаивают на их "нерукотворном" статусе "объекта" и "сущности", перенося при этом маркер "тварности" скорее на единичные вещи. И. и Е. компоненты в мышлении и знании находятся в центре оппозиции эмпиризма и рационализма: являются ли знания (идеи) результатом конст-руктивной деятельности разума или
Искусственное и Естественное 437
они имеют естественную основу в ощущениях и чувствах. Смена теологической картины мира на онтоло-гию природы приводит не только к изменению способа интерпретации И. и Е., но и к появлению нового те-матического контекста: природа и техника, или, в методологическом аспекте, соотношение искусственно- технического (инженерного) и есте-ственно-научного подходов. В общей форме проблема связи онтологии природы и технического действия человека ставилась и решалась Ф. Бэконом в "Новом Органоне". Заданная им парадигма определила форму осмысления проблемы И. и Е. на протяжении более трех веков. С раз-витием исторического мировоззрения проблема И. и Е. получает новое направление тематизации. Источни-ком проблематизации выступают дискуссии о природе человеческих законов, норм и моральных установ-лений. В этой связи, например, Юм тонко замечал, что этика постоянно совершает грубую ошибку, полагая, что из описания того, что имеет место, можно вывести какие-то утверждения о моральном добре и долге. Тем не менее, общая форма отношений между "Е." и "разумным", установленная и закрепленная Про-свещением, допускала как натуралистическую трактовку ряда куль-турно-исторических процессов, так и онтологизацию разума или перенос рационалистических схем на естественно-исторические и эволю-ционные процессы (например, при-писывание истории цели или историческую объективацию "прогресса"). Как соотносятся между собой сознательные действия отдельных субъектов, реализующих те или иные нормативные (целевые, проектные и т. д.) представления и берущих ответственность за их реализацию, и "естественный" ход истории, определяемый сложившимися материальными и социокультурными условиями? — так можно сформулировать историко-философскую постановку проблемы И. и Е. По существу, эта проблема была поставлена уже Марксом в его рассуждениях о естественно-историческом процессе. Хотя предложенное решение не может быть признано удовлетворительным, чем собственно и была вызвана последующая критика Поппера. Общее решение, предложенное в 20 в., казалось бы просто — нужно устано-вить онтологическую двойственность систем и организованностей дея-тельности как искусственно-естест-венных образований (Щедровицкий), или, как писал Поппер, установить дуализм фактов и норм, т. е. взаимную независимость феноменальных и нормативных описаний. Наибольшее распространение и проработку получила, однако, чисто логическая сторона проблемы И. и Е., выраженная в так называемом "принципе 438 Искусственный интеллект
Юма": невозможно с помощью одной логики перейти от утверждений со связкой "есть" к утверждениям со связкой "должен". Но не меньшее значение имеет онтологическая и методологическая стороны вопроса. То, что жестко противопоставляется в логике, в онтологии должно быть связано в рамках единого систем-ного представления объекта — дея-тельности, языка, мышления. И ме-тодологическая постановка: каковы способы и формы организации объ-ектов нашей деятельности как ис-кусственно-естественных систем? Этот вопрос становится ключевым в сфере оргуправления, где именно определение баланса между контро-лируемыми естественными процес-сами и искусственными воздействиями на систему составляет главную проблему. Практическая реализа-ция принципа И. и Е. в деятельности означает, что субъект должен всякий раз заново производить само-определение по отношению к ситуации деятельности, выделяя в ней "И." и "Е." компоненты. Ничто в де-ятельности не является "И." или "Е." самим по себе, оно становится им в зависимости от позиции, зани-маемой субъектом в деятельности. Наиболее артикулированную и тех-нически отработанную форму этот принцип получил в СМД-методо- логии. Здесь категории И. и Е. употребляются не только в общей объяснительной функции, но и как: 1) конструктивные элементы ряда онтологических схем, 2) методологическое средство анализа конкрет-ных систем деятельности, 3) реальный принцип самоопределения в деятельности по отношению к ее ма-териалу и предмету, дающий основания для проявления активности (введения и инициирования факто-ров, проявления свободы и творчества) и пассивности (принятия данности, учета факторов и условий, следования законам). Исходя из квалификации систем деятельности в категориях И. и Е., определяется форма выраже-ния этих систем в языке: искусственная сторона выражается в терминах норм, проектов, целей, а естественная — в терминах законов, описаний и моделей.
А. Ю. Бабайцев
<< | >>
Источник: А. А. Грицанов. Всемирная энциклопедия: Философия. 2001

Еще по теме ИСКУССТВЕННОЕ и ЕСТЕСТВЕННОЕ:

  1. ИСКУССТВЕННОЕ и ЕСТЕСТВЕННОЕ
  2. 4.2. Искусственное оплодотворение
  3. 4.3. Искусственное прерывание беременности
  4. ЯЗЫКИ ИСКУССТВЕННЫЕ
  5. ИСКУССТВЕННЫЙ ИНТЕЛЛЕКТ
  6. V. ДВЕ ИСКУССТВЕННЫЕ МАССЫ: ЦЕРКОВЬ И ВОЙСКО
  7. ЕСТЕСТВЕННОЕ ПРАВО
  8. 53. Возрожденное естественное право
  9. ЯЗЫК (естественный)
  10. «Естественная теология
  11. ГИПОТЕЗА ЕСТЕСТВЕННОГО УРОВНЯ
  12. Три естественные реакции
  13. ЕСТЕСТВЕННЫЕ (НАУЧНЫЕ) ОБЪЯСНЕНИЯ
  14. 1.7. Естественный язык описания проблемы
  15. 10. ДВА ЗНАЧИТЕЛЬНЫХ СКАЧКА ЕСТЕСТВЕННОГО РАЗВИТИЯ
  16. 16-4. Факторы, определяющие уровень естественной безработицы
  17. 34. Неотомизм: новое видение теории естественного права
  18. 6. ЕСТЕСТВЕННО-НАУЧНАЯ МЫСЛЬ В ФИЛОСОФИИ ЭПОХИ ВОЗРОЖДЕНИЯ