<<
>>

ПОСТКОЛОНИАЛЬНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ


, постколониальные штудии — совокупность методологически и дисциплинарно гетерогенных, но тематически взаимосвязанных концептуальных дискурсов, осознающих себя в единой рамке (сети) критических проектов и программ, направленных на преодоление по-следствий экономической, политической, но прежде всего культурной и интеллектуальной зависимости "незападного мира" от "западных" образцов и прототипов.
В странах За-
Постколониальные исследования 807 падной Европы и Северной Америки П. И. локализированы по преимуществу в академических и университетских границах и принимают форму научной теории — "постколониальные штудии". В "незападном мире" они реализуются прежде всего через литературное творчество и эссеист- скую критику. Исследовательские группы, ориентирующиеся на постколониальные типы дискурсов, существуют и в "постсоветском прост-ранстве" — в Беларуси и Украине. Принято считать, что "взрыв пост- колониальности" произошел в 1979, после выхода в свет книги Э. Сайда "Ориентализм". Дискурс ориентализма, согласно Сайду, представляет собой сложный комплекс знания- власти, выработанный на протяжении нескольких веков в европейской традиции ("Западом") относительно "Востока" и тесно связанный с (нео) колониальными практиками, син-хронизированными, в конечном итоге, с ним. Контролируя процессы производства знания, страны "Запада" смогли выработать и навязать "Востоку" такой образ его идентичности, в которой ему изначально отводилось зависимое и подчиненное положение. Несмотря на чуть ли не всеобщее возмущение и развернутую критику книги Сайда учеными-ори- енталистами, она сразу же заняла место "культового текста" в П. И. Тем самым был задан основной вектор концептуального развития последних — объединение "высокой западной теории" (в случае Сайда — идеи знания-власти Фуко) и незападной реальности, причем такое объединение, которое давало бы возможность оборачивать теории "Запада" против его же властно-знаниевых стратегий. "Запад" превращается в П. И. в объект рассмотрения, анализа и деконструкции. Другим основателем П. И. считается Г. Спивак, ко-торая в 1985 адресовала западным интеллектуалам радикальный вопрос "Can the subaltern speak?" — "Может ли угнетенный (подчинен-ный) говорить?" — в одноименном тексте, который также стал постколониальной классикой. Этот вопрос вызревал с начала 1980-х в небольшой исследовательской группе, которая обозначила себя как Subaltern Studies group — группа исследований угнетения (подчинения). Ответ Спивак был абсолютно прозрачен: угнетенный (подчиненный) говорить не в состоянии, он не имеет возможности "пробиться", "возвысить" свой голос до уровня репрезентации. В силу этого за него и от его имени всегда говорят-репрезентируют Другие. Третьим основателем П. И. стал Г. Бгабха. В своих работах, собран-ных в книге "Локализации культуры", он сформулировал несколько идей, которые оказались стержневыми для понимания "постколониальности". Это идеи гибридности и различия (различности) — разнообразия.
Явля-ясь методологически и дисциплинарно гетерогенным, дискурс постколо- ниальности объединен тематизацией и актуализацией разнообразных раз-личаемых Инаковых (Иных), которым в западной традиции отказано в праве голоса, анализом опыта подчи-нения (угнетения), а тем самым и колонизации (которая и есть, по сути, подчинение-угнетение), а также признанием современного интеллектуального состояния "постколониальным". Формально слово "постколониальный" означает временной период — период "после колониализма", что обычно интерпретируется как "период после получения независимости той или иной страной или территорией". Это достижение независимости, как отмечала Л. Гандги, часто сопровождается "волей к забыванию" ко-лониального прошлого, попыткой вместо истории подчинения (угнетения) выдвинуть на авансцену историю ге-роического сопротивления или даже самодостаточный, замкнутый нарратив национального, в котором колонизатор или занимает маргинальное место, или вообще не существует. В этом контексте П. И. можно рассматривать как теоретическое сопро-тивление такого рода амнезии, как проект "вспоминания" ("припоминания") и переосмысливания колониального прошлого, как реконструкцию всей амбивалентности взаимоотношений колонизатора и колонизированного, которые включают не только опыт подчинения (угнетения) и сопротивления, но и опыт взаимозависимости и симбиоза. Термин "по- стколониальность" представляется временным маркером, который обозначает период и (или) процесс деколонизации, дискурс, который сопровождает этот процесс. Таким образом, "пост-" в П. И. ориентирует вовсе не во времени: "пост-" означает определенную позицию, определенный ракурс видения, из которого опознаются и анализируются разноаспектные проблемы: протоколониальные, ко-лониальные и после-колониальные. Приставка "пост-" играет роль жеста, с помощью которого очищается ("опустошается" в смысле деконструкти- вистски очищается) пространство для методологической рефлексии и тео-ретической критики, — пространство, до сих пор донельзя заполненное колониальными доминациями и но-минациями, как и антиколониальной борьбой. Рядом с двумя привычными фигурантами — колонизатором и колонизированным — появляется еще один персонаж — постколони-альный критик. И именно ему мы обязаны появлением постколониального дискурса. В связи с этим под постко- лониальностью обычно понимается определенное пространство субъект-ных позиций, в которых и из которых развертываются разноаспектные ре-флексивно-критические проекты и программы, принципиально от-личные как от направленных на ко-лонизацию, так и продуцируемых с позиций уже колонизированных. Таким образом, в П. И. органически включены: 1) проект деконструкции "Запада" как субъекта имперского дискурса, программа демаскирования его претензий на универсальность, фундированная критика исторической и культурной ограниченности "западных" моделей; "Запад" рассматривается при этом как Великий Колонизатор; 2) проект легитимации противодискурсов, программа выработки и рефлексии различных антиколониальных стратегий; здесь тематически выделяется проблематика антиколониального национализма, который вписывается в общую картину асинхронной модернизации; 3) проект метаязыка для постколо-ниальной ситуации. Практики пост-колониального письма породили то, что может быть названо постколониальной литературой. Задача "нового" интеллектуала в этом контексте выглядит достаточно утопичной — выработка "неподеленного" языка или дискурса, который не базировался бы на трагическом разломе между колонизатором и колонизированным, но и не игнорировал бы этот разлом. Чтобы реализовать эту задачу, постколониальный критик вынужден перемещаться (скользить) по краям как колониальных, так и антиколониальных текстов, читать их не "против", а навстречу. Он обнаруживает себя в "пограничье", "между". Его субъектность зачастую не совпадает с институциональной позицией, а географическая локализация противоречит и первому и второму. Этот интеллектуальный протеизм (везде-себя-нахождение, полифонич- ность, полидискурсивность постколониального критика) имеет на другом полюсе — уже не интеллектуальном, а социокультурном — ситуацию укорененности в конкретный культур-ный контекст, ситуацию конкретного выбора: страны, идентичности, культурной традиции. В сферу адаптированных и использованых в П. И. методологий входили в разное время экзистенциализм, (нео) марксизм, психоанализ, структурализм и пост-структурализм. В свою очередь, идеи и проблемы П. И. "проникли" в по-граничные дисциплины и дискурсы и существуют там на правах "собст-венной проблематики". П. И. считаются одним из базовых критических дискурсов современности (постсов-ременности), наряду с постмодернизмом и феминизмом. В Украине в центре постколониального анализа находятся практики культурного колониализма. Последний понимается при этом как "комплекс идеологий, практик, риторических стратегий (обеспечиваемых соответствующей институционализацией), направленных на поддержку политической и экономической власти-гегемонии (термин Грамши) через создание и "натурализацию" оппозиций: универсаль-ное — местное (как локальное), об-щечеловеческое — частное (этногра-фическое), модерновое(перспектив-ное) — отсталое (внеисторическое), ответственное (взрослое) — несамостоятельное (подростковое), в кото-рых первый термин каждой пары оценивается позитивно и является атрибутом метрополии, а второй — негативно — как принадлежащий колонии. Метрополия стремится при этом присвоить себе то, что высоко ценится по мировой шкале культур-ных ценностей, в том числе и мифы про "первородство". В то же время культурный колониализм свойстве-нен культуре колонизированного не менее, чем культуре колонизатора (М. Павлышин). В Беларуси соответствующие исследования акцентиро-ваны на проблематике маргинально- сти, репрессированной идентичности, транскультурности и "войны культур".
И. М. Бобков
<< | >>
Источник: А. А. Грицанов. Всемирная энциклопедия: Философия. 2001
Помощь с написанием учебных работ

Еще по теме ПОСТКОЛОНИАЛЬНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ:

  1. 2.1. Исследование рынка сбыта как часть маркетингового исследования
  2. 2.1. Исследование рынка сбыта как часть маркетингового исследования
  3. Глущенко В.В., Глущенко И.И.. Исследование систем управления, 2004
  4. Преступление исследования
  5. Игнатьева А.В., Максимцов М.М.. Исследование систем управления, 2000
  6. Мухин В.И. Исследование систем управления, 2003
  7. Глава 4. Исследования в дизайне
  8. НАУЧНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ И РАЗРАБОТКИ
  9. Исследование связей с общественностью
  10. Макашева З.М.. Исследование систем управления, 2008
  11. 31. КРИМИНАЛИСТИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ ДОКУМЕНТОВ
  12. Исследование рынка