<<
>>

СОДЕРЖАТЕЛЬНО-ГЕНЕТИЧЕСКАЯ ЛОГИКА

— эпистемологическая концепция, выдвинутая Московским методологическим кружком (ММК). Программа построения С.-Г. Л. возникла в 1950-х на фоне дискуссии в советской философии о соотношении формальной и диалектической логик. Несмотря на то, что сама дискуссия имела идеологическую по-доплеку и носила схоластический характер, она явилась поводом для выдвижения ряда исследовательских программ и методологических концепций. Помимо содержатель- нологического подхода Зиновьева и близких к нему на начальном этапе исследований Б.

А. Грушина, Щед- ровицкого и Мамардашвили, в этом ряду необходимо отметить гносео-логическую концепцию диалектики Ильенкова и ранее выдвинутую про-грамму философских исследований естествознания (И. В. Кузнецов, Кедров и др.). На самом деле, в специ-фической социокультурной ситуа-ции происходило "откупоривание" ниши относительно неидеологизиро- ванного философствования: логики и методологии науки, эпистемологии. В этом контексте предпринимались новые попытки экспликации и снятия гегелевской и марксовой методологий с параллельной крити-кой и ассимиляцией новых логико- методологических подходов на Западе (кибернетика, логический позитивизм, структурализм, теория систем и др.). Формирование концепции С.-Г. Л. охватывает два этапа: 1) 1952— 1956, 2) 1957 — середина 1960-х. На первом этапе логический кружок, сложившийся вокруг Зиновьева, ставил своей целью разработку логики и методологии для исследования объектов особого рода. Речь шла о целостных исторических образованиях, обладающих имманентными ме-ханизмами развития. В марксистской традиции подобные объекты назывались "органическим" или "диалектическим целым". В качестве образца и одновременно материала исследования выступал "Капитал" Маркса, который рассматривался при этом не содержательно, а структурно-логически: как фиксация и выра-жение марксова способа мышления. Реконструируя реализованный в "Ка-питале" метод восхождения от абст-рактного к конкретному, Зиновьев обратил внимание на то, что традиционная логическая таксономия неспособна ухватить парадигмальные отличия марксова подхода. Но никаких иных собственно логических (за рамками идеологии) средств в советской философии просто не было. Из этого родился манифест построения новой логики. Пытаясь описывать особые "диалектические" при-емы и способы мышления, Зиновьев и другие участники ММК были вынуждены формулировать собственные программные установки, которые очень скоро вышли за рамки марксизма как такового. Программа ММК разрабатывалась в оппозиции к формальной логике. Задачей науки логики участники кружка считали исследование реальных исторических форм человеческого мышления. Формальная логика рассматривалась как средство изложения уже готовых, заранее полученных исследо-вательских результатов, т. е. фиксированного содержания, тогда как новая — С.-Г. — логика должна была исследовать процессы исторического развития мышления, т. е. про-цессы выделения качественно нового содержания и смены основных мыслительных форм. Таким образом, в предмет новой логики вводились в качестве основных категории "содержания" и "развития". В противовес формальной такая логика полагалась как "С." и "Г.". Само мышление трактовалось при этом с деятельно- стных позиций, как предметно направленная активность, организован-ная за счет специальных знаковых средств. Категория "содержания" выражала в этом контексте идеально объективную сторону мышления.
Она интерпретировалась не в психологическом ключе, как наглядное представление или субъективный образ, а в деятельностном. Содержание мышления не дано восприятию непосредственно, оно есть продукт применения тех или иных познава-тельных процедур и средств, имеющий идеально обобщенный характер. Выделение нового идеального содержания и составляет, с позиций С.-Г. Л., сущностную сторону деятельности мышления. Вопреки всей европейской традиции, логика рассматривалась Зиновьевым как эмпи-рическая наука. Предметом эмпири-ческих исследований объявлялись способы мышления, зафиксированные в научных текстах. Основной эмпирией исследования становился текст. Тезис об эмпиричности был вместе с тем способом преодоления схоластичности существовавшей ди-алектики и нормативной бессодержательности формальной логики. Содержательная и эмпирическая логика должна была стать не каноном, а "органоном", т. е. набором исследо-вательских инструментов и средств. Она разрабатывалась в ориентации на многочисленные практические приложения в естественных и исто-рических науках, педагогике и пси-хологии. Однако неявно принималась сциентистская установка: мышление рассматривалось прежде всего как научное мышление и как деятельность по выработке новых знаний. В 1956 происходит разрыв между Зиновьевым и Щедровицким, а впоследствии Зиновьев выступает с резкой критикой исходной про-граммы ММК, фактически объявляя ранее полученные результаты (в том числе и свои) ошибочными. Дальнейшие исследования Зиновьева и его последователей перешли в русло математической логики, продолжающей формальную традицию. В целом концепция С.-Г. Л., выдвинутая Щедровицким, включала в себя следующие моменты: 1) В качестве основного объяснительного принципа по отношению к феноменам мышления выдвигалась категория "деятельности", выражающая его социокультурный и исторический характер. Оппозиция выстраивалась как "пси-хологизму", трактующему мышление изнутри сознания, так и трактовкам, связывающим мышление преимущественно с "логической системой" и хорошо устроенным "языком". Вместе с тем, сама категория "деятельности" содержала в себе имманентную двойственность: по-стоянный переход динамических и процессуальных моментов (после-довательность действий,операций, процедур) в структурные (знания, понятия, схемы и т. п.) и наоборот. Принцип деятельности требовал рассматривать мышление структурно- процессуально, т. е. исследовать и описывать, с одной стороны, проце-дуры и операции мышления, а с другой — типологически обобщенную структуру знаний и семиотических средств. Деятельностный подход позволял сохранить установку на содержательность, избегая психологизма: содержание сознания выносилось "за скобки", а деятельностное содержание трактовалось операцио-нально. "Воспроизвести содержание мышления" означало воспроизвести схему оперирования с объектами, схему их сопоставлений и т. п., а затем спроецировать это оперирование на некоторую идеально обобщенную знаковую структуру. 2) Деятельно-стная характеристика мышления дополнялась семиотической трак-товкой (продолжение линии Выготского). Мышление бралось в единстве с планом выражения, как "языковое мышление". Базовая структура вклю-чала две плоскости: "объективного содержания" и "знаковой формы", связанные между собой "значени-ем". Статически такая структура ин-терпретировалась как фиксированная единица знания. Процессуально мышление также рассматривалось как одновременное движение в "плоскостях" содержания (оперирование с объектами, выделение свойств, связей, отношений) и знаковой формы (выражение содержания в после-довательности знаков, оперирование со знаками). Однако вместо связи значения вводились интенциональ- ные отношения "замещения" и "от-несения".
Основной мыслительной связью объявлялось "замещение" исходного практического оперирования с объектами знаками и оперированием с ними. "Отнесение" пред-ставляло собой обратную интенцию: направленность знаковой формы вовне, на внешние объекты. Механизм сознания делает эти две интенции принципиально несимметричными: замещается оперирование, но отно-сится знаковая форма всегда к некоторой объективированной действительности. "Отнесение" производит предметную "склейку" объекта и значения. Трактовка мышления как "отражения" (Т. Павлов) отвергалась. Знаковое замещение имело не "отражательный", а интенциональ- ный и средствиальный характер. Оно рассматривалось как способ преодоления "разрывных ситуаций", т. е. препятствий, непреодолимых на уровне непосредственного оперирования с наличным материалом деятельности. Знаки трактовались как особые средства деятельности, а мышление — как опосредованное знаками преобразование исходных объектов, снимающее "разрыв". Далее, сами знаки становятся особыми объ-ектами оперирования,вторично замещаются другими знаками и т. д. Мышление представлялось как дея-тельность в иерархической структу-ре последовательно надстраивающихся друг над другом плоскостей знакового замещения, каждая из которых задавала определенные системы оперирования. 3) Гетерогенность связи значения, несимметричный характер интенциональных отношений приводит к постулату о не-изоморфности формы и содержания мышления. Формальная логика, на-чиная с Аристотеля, напротив, явно или неявно предполагала параллелизм: а) каждому элементу знаковой формы языковых выражений соответствует определенный субстан-циальный элемент содержания и б) способ связи элементов содержания в точности соответствует способу связи элементов знаковой формы. Несмотря на свои онтологические интерпретации (тождество бытия и мышления), "принцип параллелизма" имел чисто методологическую природу: он обосновывал редукцию содержания к определенным логиче-ским формам (сами формы полагались классикой "всеобщими", т. е. не зависящими от содержания), что позволяло строить все дальнейшее мышление уже в логике этих форм. Однако он совершенно искажал эпи-стемологическую картину: содержательное оперирование с объектами не получало адекватного представле-ния. Отказ от принципа параллелизма требовал изображать и интерпретировать "содержание" в одних эпистемологических структурах, а "знаковую форму" — в других, а затем описывать механизм их возможной связи. Например, "содержание" могло описываться и интерпретироваться в "моделях" или "онтологических схемах", а "знаковая форма" — в так называемых "формальных знаниях", т. е. структурах типа "два плюс два равно четыре", "все березы — белые" и т. п. Формы мышления утрачивали "всеобщность", они соот-носились теперь с определенными типами содержания. Со сменой типа содержания соответственно должны были меняться и логические формы (знаковый материал и техника оперирования с ним). Реально, это был отказ от логического монизма, признание онтологической множественности мышления. То, что в традиции полагалось однородным процессом, имеющим общие законы и допускающим описание в единых терминах, в новой онтологической картине представало множественным истори-ческим образованием, расчлененным на относительно автономные области. 4) Содержательная ориентация дополнялась генетическим принципом или принципом историзма. Мышление должно было браться и анализироваться в процессах "происхожде-ния", "становления", "развития". Общая теоретическая задача С.-Г. JI. состояла в том, чтобы на основе анализа единичных эмпирически заданных текстов проанализировать и воспроизвести в форме "исторической теории" мышление как таковое, как один органический предмет. Однако исторический подход (описание реальных исторических форм) необходимо было"снять"структурно-логическим подходом: конструктивным развертыванием моделей, оперативных систем, искусственного языка. Поэтому генетичность концепции имела двойственную направленность: с одной стороны, ориентация на исследование исторических процессов развития мышления, с другой стороны, конструктивизация генетических процедур сведения/выведения и метода восхождения от абстрактного к конкретному. В соответствии с этим многообразные формы человеческого мышления должны были быть конструктивно выведены из некоторых генетически исходных структур ("клеточек"). Ставилась даже задача реконструкции исходного "алфавита" операций мышления. Предполагалось, что все существующие эмпи-рические процессы мышления можно будет описать через комбинацию элементов алфавита. Реализация подобной программы, как считал Щед-ровицкий, открывала бы широкие горизонты искусственно-техничес-кого освоения мышления, разработки интеллектуальных технологий. Исследования в рамках С.-Г. JI. интенсивно продолжались до середины 1960-х. Реальным исследователь-ским материалом, в котором рекон-струировались процессы мышления, выступали тексты различных мыс-лителей (Аристотель, Аристарх Са- мосский, Архимед, Евклид, JI. Эй-лер, Галилей, И. Ньютон, Декарт и др.). В результате этих исследований был получен ряд эпистемологи-

Созерцание 965

ческих реконструкций различных этапов развития науки, введен набор модельных и знаковых средств, схе-матических изображений, рабочих понятий и т. д. На их основе были отработаны принципы историко-крити- ческого анализа, процедуры псевдо-генетического выведения, способы представления знаний и др. В 1960-х в ММК начинается переход с позиций С.-Г. JI. на позиции теории дея-тельности, в рамках которой связь мышления и деятельности получает новую интерпретацию с точки зрения принципа трансляции и реализации культуры. Происходит критическое переосмысление исходных положений С.-Г. JI., становится оче-видной нереализуемость ряда программных задач. В этом контексте логическая программа ММК начинает трансформироваться в методологическую. На проблемном поле, очерченном исследованиями в русле С.-Г. JI., формируются замыслы целого методологического "органона", комплекса методологических дис-циплин: семиотики, эпистемолоГии, теории науки, системно-структур- ной онтологии и др. Одновременно происходит переосмысление места и задач С.-Г. JI. в системе методологии. Она начинает рассматриваться как эпистемологическая дисциплина, описывающая операционально- процедурную основу мышления, многоплоскостную структуру знания (имеются в виду плоскости знакового замещения), исследующую и опре-деляющую отношение формальных исчислений и формализованных зна-ний к содержанию мышления и его объектам. Идеи С.-Г. JI. получают развитие в дальнейших исследова-тельских программах и концепциях ММК. Многие ее понятия, модельные и схематические средства продолжают представлять интерес и сегодня (в основном в рамках СМД-методоло- гии).

А. Ю. Бабайцев

<< | >>
Источник: А. А. Грицанов. Всемирная энциклопедия: Философия. 2001

Еще по теме СОДЕРЖАТЕЛЬНО-ГЕНЕТИЧЕСКАЯ ЛОГИКА:

  1. СОДЕРЖАТЕЛЬНО-ГЕНЕТИЧЕСКАЯ ЛОГИКА
  2. КАУЗАЛЬНО-ГЕНЕТИЧЕСКИЙ ПОДХОД
  3. Содержательные приемы
  4. 1. Предмет философии и специфика философского мышления.Основные содержательные аспекты философского знания и главные мировоззренческие направления в его развитии.
  5. Модальная логика
  6. ЛОГИКА
  7. МАТЕМАТИЧЕСКАЯ ЛОГИКА
  8. Современная логика
  9. ЛОГИКА
  10. ком-бинаторная логика
  11. Логика
  12. КИТАЙСКАЯ ЛОГИКА
  13. Преступление логики
  14. ЛОГИКА АРИСТОТЕЛЯ И ЕГО УЧЕНИЕ О МЕТОДЕ
  15. Две логики мышления
  16. Фронт развития формальной логики
  17. ЛОГИКА . Теория познания
  18. ИНДИЙСКАЯ, или БУДДИСТСКАЯ ЛОГИКА