<<
>>

ТЕРМИНИЗМ


(лат. terminus — гра-ница, определенность, имя) — позд- несхоластическое течение в рамках номинализма (14—15 вв.), ориенти-рованное на понятийную аналитику (логика и теория языка) и исследование проблем соотношения логико- языковых средств познания с данны-ми чувственного опыта (гносеология и методология).
Развивается в рам-ках радикальной традиции франци-сканского ордена, выразив в своих концептуальных построениях фун-даментальную интенцию позднего францисканства на логицизм и эм-пиризм. Был распространен в уни-верситетской среде (Кембриджский, Парижский, Гейдельбергский, Лейп- цигский, Эрфуртский, Падуанский, Пражский, Краковский и другие университеты). Наиболее яркие пред-ставители — Роберт Холкот, Жан из Мирекура, Николай из Отрекура, Жан Буридан, Альберт Саксонский, Марсилий Падуанский и др. В своем возникновении был инспирирован идеями Уильяма Оккама, чья пози-ция "universale post res" фундирует собою методологический изыск Т.: номиналистический пафос последне-го во многом продиктован ранней формулировкой знаменитой "бритвы Оккама": "без необходимости не следует утверждать многого" (в силу этого обстоятельства в рамках пост-схоластической традиции Т. часто обозначается как "оккамизм"). Раз-вивая общесхоластическую интен-цию на экспликацию содержания понятий и рефлексивную отстройку категориального аппарата теорети-ческого познания, Т. выступает ин-теллектуальным феноменом схолас-тической традиции, наиболее мощно и плодотворно репрезентирующим логико-аналитический потенциал схоластики (см. Схоластика, Иоанн Дуне Скот, Николай Кузанский). Вместе с тем, статус Т. внутри схо-ластической традиции может быть оценен в категориях модернизма: методологический пафос Т. был экс-плицитно презентирован в оценоч-ной формулировке своего метода, фундированного параллельно кате-гориальным анализом терминов и анализом данных чувственного опы-та: via moderna (лат. "современный путь" — в противоположность via antiqua — "старому пути" классиче-ской схоластики). Стандартная ори-ентация на концепцию "двойственной истины" трансформируется в Т. в программу синтеза парадигмаль- ных когнитивных установок на по-лучение знания на базе сенсорных данных опыта, с одной стороны, и парадигмы движения мысли в сфере абстракции, с другой. В области со-циальных воззрений Т. апплицирует гештальт "двойственной истины" на проблему разделения властей, проводя идею о секуляризации светской государственной власти, за что не-однократно официально осуждался папской курией (1339, 1340, 1348, 1474). Амбивалентность статуса Т. как — одновременно — классики и модернизма схоластики позволяет типологически сопоставить его как с последующей когнитивной про-граммой эмпиризма локковского направления (например, у Гоббса), с одной стороны, так и с интегратив- ной парадигмой синтеза опытно-эм-пирического и логико-рационального путей получения знания в новоевро-пейской философии науки. Семан-тические отголоски терминистской методологической программы могут быть — в исторической перспективе — зафиксированы и в проекте унификации языка науки Фреге, и в позитивистской программе элимина-ции "метафизических суждений" из языка науки, и в программе "исклю-чения абстракций" в логико-философ-ском анализе оснований математики (В.
Крейг, А. Хвистек, С. Лесьнев- ский и др.). Т. внес серьезный вклад в разработку функциональной теории терминов, теории логического следования, модальной силлогистики и теории суппозиции, а также в становление формальных языков исчислений (термин как "обозначающее" в значении предметной пере-менной в концепции разрешаемых множеств). Т. содержательно повлиял на формирование методологических концепций Юма, Ф. Бэкона, Гоббса и др., а также оказал значи-тельное воздействие на оформление новоевропейской парадигмы мате-матического естествознания. Трак-товка в Т. знаков и их свойств в качестве предмета логики позволяет квалифицировать Т. как один из ранних источников семиотического подхода к языку и мышлению: в част-ности в сфере анализа коннотативных терминов (лат. connotative — обозна-чающее) и феномена коннотации, выдвигаемого на передний план в семи-отическом анализе постмодернизма.
М. А. Можейко
ТЕРТУЛЛИАН (Tertullianus) Квинт Септимий Флоренс (ок. 160 — после 220) — классик христианской пат-ристики. Родился в Карфагене в язы-ческой семье (сын центуриона), по-лучил юридическое и риторическое образование в Риме, выступал как судебный оратор. Ок. 195 принимает христианство, в частности — входит в строго аскетическую секту монта- нитов, проповедовавших мучениче-ство во имя веры. В 207 выступает с резкой критикой сложившейся цер-ковной практики, в первую очередь — в связи с недостаточно последовательным соблюдением принципов аскетизма в христианских общинах, и с критикой оформляющейся иерархии клира. (Существуют также
Тертуллиан 1071
неподтвержденные сведения о том, что Т. выступал пресвитером, т. е. старшиной христианской общины, и о создании им особой общины его последователей — тертуллианис- тов.) Перу Т. принадлежит множест-во трудов по апологетике и догматике, а также по вопросам моральной тео-логии и экклесиологии. Выдающийся стилист, отличающийся полемической и саркастической заостренностью формулировок, неожиданными поворотами мысли, парадоксальностью метафор и лаконизмом языка, Т. является одним из самых ярких раннехристианских апологетов, обос-новывавших преимущества христи-анской веры в сравнении с политеис-тическими верованиями Римской империи и высокие нравственные принципы христианства. В отличие от основного направления аргумен-тации, используемого большинством апологетов и ориентированного на доказательство непротиворечи-вости христианства и философской традиции античной мудрости (Юстин, Афинагор), Т. является осново-положником той традиции, которая провозгласила принцип несовместимости христианской веры с язычес-кой мудростью. И хотя эти идеи были высказаны до Т. (противопос-тавление Татианом мудрости эллинов христианству как "мудрости варваров"), тем не менее, именно Т. впервые зафиксирована парадок-сальность связи веры и мудрости как таковых, причем речь идет не только о спекулятивной констатации того обстоятельства, что содержание веры по своему когнитивному статусу не нуждается в рационально-теоре- тической аргументации, — Т. схва-тывает то противоречие, которое красной нитью пройдет сквозь всю историю христианской (как и любой) теологии: именно Т. (как в фи-лософской, так и в теологической традиции) принадлежит первенство в усмотрении невозможности по-стижения концептуализирующим (в том числе, и богословским) разумом истины, открывающейся в непосред-ственном акте веры — откровении. В этом находит свое выражение глу-бинная внутренняя противоречивость между основополагающим для такого типа вероучения, как теизм, признанием "живого Бога" и оформ-ляющейся в рамках теизма теологии как концептуальном учении о нем. Сама установка на богопознание как рационально-теоретическую, а значит, субъект-объектную процедуру кощунственна в теистическом кон-тексте сакрального диалога с Богом. Созерцание Бога, данное в акте от-кровения, есть результат его воли и не достигается в одностороннем порядке ни когнитивным усилием, ни напряжением веры. Более того, созерцание Бога в принципе не может быть понято как когнитивный процесс, ибо неизбежно предполага- ет встречу с его взыскующим и ми-лосердным взором. — Весь этот ком-плекс идей, который позднее, в сред-невековье, задаст оппозицию таких способов богопознания, как мистика и схоластика, и конституирует про-блематику христианской теологии на всем протяжении ее эволюции — вплоть до аджорнаменто, хоть и не выражен эксплицитно, но адекватно осмыслен Т. ("Что общего у Афин и Иерусалима? у Академии и церк-ви?") и точно схвачен в известном тезисе credidile est quie ineptum ("верую, ибо абсурдно"). Рациональные структуры ни теоретического, ни ак-сиологического порядка абсолютно не валидны в делах веры: "Распят сын Божий — не стыдно, ибо по-стыдно. И умер сын Божий — это вполне достоверно, ибо нелепо. По-гребенный, он воскрес — это верно, ибо невозможно". Т. понимает хрис-тианина как "пребывающего всегда в присутствии Бога" и потому, ори-ентируясь не на теорию, а на мисти-ческий опыт, полагает необходимым доверять чувству, собственным ду-шевным движениям, которые "чем истиннее, тем проще; чем проще, тем обыденнее; чем обыденнее, тем всеобщней; чем всеобщней, тем есте-ственней; чем естественней, тем бо-жественней". Мистический опыт ак-туализирует глубинные проявления человеческой души, позволяя им ре-ализовать себя сквозь все наплас-тования внешней рациональности (в зрелой мистической традиции это фиксируется термином "глоссолалия" — от греч. glosse — непонятное слово и lalein — говорить, — обозна-чающим автоматическую речь экс- татирующего мистика с включением слов, не существующих ни в одном известном языке, несвязных или про-тиворечивых словесных конструк-ций: "иноязыки" или "ангельские языки"). В этой связи Т. обращает серьезное внимание на спонтанные душевные проявления: непроизвольные восклицания, неконтролируемые вскрики, нерефлексируемые речевые формулы — все то, что пол-торы тысячи лет спустя Фрейд обозначит как бессознательные оговорки (см. изучение Юнгом текстов Т.). Вместе с тем, Т. никак не может быть отнесен к мыслителям преда- пофатического типа: предвосхищая кантовскую оппозицию разума и рассудка, Т., отказывая абстрактному теоретизирующему разуму в спо-собности постижения истины, тем не менее, вполне уверенно апеллирует к практическому "естественному" рассудку, моделируя учение о Боге, предвосхищающее катафатическую теологию. Идеи Т. оказали не просто значительное, но — конституирующее влияние на христианскую тео-логию. Прежде всего, это касается проблемы интерпретации централь-ного для христианства тринитарного догмата. Именно Т. введено понятие
Божьих ипостасей и сам термин "Троица", ему же принадлежит фор-мулировка принципа триединства Бога ("мы поклоняемся единому Богу"). — Фундаментальная для хрис-тианской теологии концепция Троицы оформляется во многом именно усилиями Т. (при безусловном нали-чии содержательных предпосылок как в Священном писании, так и в мифологической традиции). Эмпи-рическая ориентация Т., проявив-шаяся в трактовке богопознания с приоритетным вниманием к мисти-ческому опыту, в сфере позитивной теологии оборачивается своего рода предтечей реализма — установкой, ставшей доминантой христианского сознания в средневековой схоласти-ке: согласно Т., все сущности наделены особым телом (corpus) как фор-мой существования, в том числе и душа как "тело особого рода"; в качестве тела душа не вносится в че-ловека извне, но зарождается из спермы (см. стоическую концепцию "сперматического логоса", с одной стороны, и нераспространяемость тертуллиановской критики античной философии на стоицизм, при-знание близости к идеям Сенеки, о котором Т. говорит "saepe nostes" или "часто наш", — с другой). Бог также мыслится Т. в этом плане как "тело, которое, впрочем, есть дух" — в критериальной матрице не 20 ст., а 2 в. эта формулировка может быть оценена как основополагающая в раннехристианском контексте ста-новящегося тринитарного догмата и оформления базовой для теизма идеи трансцендентности Бога миру. Т. принадлежит одно из самых ранних и первое системное изложение христианского Символа Веры, чем фактически заложены основы кате- хитики как теологической дисцип-лины: "Вот правило, или символ, нашей веры. Мы веруем, что сущест-вует единый Бог, творец мира, из-влекший его из ничего словом своим, рожденным прежде всех веков. Мы веруем, что слово сие есть сын Божий, многократно являвшийся патриархом под именем Бога, оду-шевлявший пророков, спустившийся по наитию Бога Духа Святого в утробу девы Марии, воплотившийся и рожденный ею; что слово это — Господь наш Иисус Христос, пропо-ведовавший новый закон и новое обетование царствия небесного. Мы веруем, что Иисус Христос совершил много чудес, был распят, на третий день по своей смерти воскрес и вознесся на небо, где сел одесную Отца своего. Что он вместо себя послал Духа Святого, чтобы просвещать свою церковь и руководить ею". Помимо указанных фундаментальных основоположений христианской тео-логии, многие более частные ее клас-сические элементы также генетичес-ки восходят к работам Т. Так, ему принадлежит перечень семи смертных грехов (трактат "О стыдливости"); им заложен в христианской эсхатологии вектор, впоследствие приведший к становлению миллена- ризма и хилиазма, им же даны им-пульсы, инспирировавшие впослед-ствие оформление в христианской традиции позиций как позитивного, так и негативного эмоционального восприятия сюжета Страшного суда ("наши желания устремлены к окон-чанию века сего, к концу мира и пришествию великого дня Господня, дня гнева и отмщения" — с одной стороны, и "мы собираемся, чтобы молиться Богу всенародно... о мире, о благосостоянии всего мира, об отдалении конечного часа" — с другой); Т. же принадлежит ставшая ор-тодоксальной трактовка и критика многих раннехристианских ересей. Понимание христиан как "одиноч-ных частных лиц", признающих над собой лишь "божественную Божью власть" обусловливает не только оп-позицию Т. по отношению к свет-ской власти ("для нас нет дел более чужих, чем дела государственные" и "для всех только одно государство — мир" как идейная основа кос-мополитизма и индивидуализма), но и его оппозицию по отношению к официальной церкви, что вырази-лось в его резкой критике клира и спровоцировало сдержанное отноше-ние к нему со стороны во многом им же заложенной ортодоксии. Это по-служило причиной того, что колос-сальное влияние Т. на оформление христианской теологии не отмечено ею эксплицитно.
М. А. Можейко
<< | >>
Источник: А. А. Грицанов. Всемирная энциклопедия: Философия. 2001

Еще по теме ТЕРМИНИЗМ:

  1. ТЕРМИНИЗМ (лат. terminus - граница, определенность, имя
  2. ОККАЗИОНАЛИЗМ (лат. occasio - случай, occasionalis - случайный
  3. ДЕТЕРМИНИЗМ
  4. ПОВЕДЕНИЕ
  5. УЗНАДЗЕ Дмитрий (1887-1950)
  6. ПАВЛОВ Иван Петрович
  7. ОККАМИЗМ
  8. НОМИНАЛИЗМ (лат. nomina - имена, nominalis - относящийся к названиям
  9. НОМИНАЛИЗМ
  10. СОДЕРЖАНИЕ
  11. СТИЛЬ НАУЧНОГО МЫШЛЕНИЯ
  12. ЛОГОТОМИЯ
  13. ЖАН БУРИДАН
  14. СОЦИОЛОГИЯ
  15. Парижскии оккамизм
  16. МЕТАФИЗИКА
  17. УНИВЕРСАЛИИ (лат. universalis - общий
  18. УАЙТ (White) Лесли Элвин
  19. УНИВЕРСАЛИИ
  20. ЕСТЕСТВОЗНАНИЕ