<<
>>

Первое дополнение


Еще в первое десятилетие своего официального существования оказалось, что самоограничение функций, сведение работы к регистрации и оповещению, недостаточно для решение задач существования МККП. В конечном счете, поскольку Комиссия расширила свои действия и организация росла, центральное бюро в Вене также стало заниматься выработкой международных ордеров на обыск, участвовать в борьбе с подделкой документов, фальшивомонетничеством и контрабандой наркотиков.
К 1930 штаб Комиссии в Вене собрал собственный секретариат со специализированными отделами, которые включали: Центральное Международное Бюро, которое имело дело с подделыванием во всех его аспектах; Бюро регистрации международных преступников; бюро, которое собирало фотографии и отпечатки пальцев правонарушителей; бюро, которое занималось вопросами подделки паспортов; в то же время было организовано издание ежемесячного бюллетеня, называемого «Международная Общественная Безопасность», который печатался на французском и английском языке.
К 1935 было начато создание собственной международной радиосети, призванной обеспечить полицию наций-членов МККП собственной быстрой и развитой системой коммуникаций, которая в конечном счете станет глобальной.
Одновременно, национальные полицейские власти наций-членов МККП выделили специальные штатные единицы, на которые было возложено ведение отчетов по международным преступлениям — это прообраз Национальных Центральных Бюро, о которых с гордостью заявляют интерполовцы сегодня: «Узловым звеном в структуре Интерпола являются его Национальные Центральные Бюро».
Коричневая тень
Но в том же 1935 году на международную организацию стали падать зловещие тени.
Генеральная Ассамблея Комиссии в том году была проведена в Копенгагене. Делегатом от Германии был генерал Дальег, молодой, высокомерный нацист, чьей единственной квалификацией для того, чтобы возглавить криминальную полицию своей страны было, — как он со смехом объявлял, — пребывание почти в каждой камере Моабита, берлинской тюрьмы, в период Веймарской республики.
Генеральная Ассамблея 1935 года была описана Гарри Содерманом, который был делегатом от Швеции, в своей автобиографии. Содерман вспоминает, что Дальег был физически огромен и носил легкую зеленую форму полицейского генерала. Его вклады в слушания, кажется, заключались в гонках вокруг Копенгагена в спортивном двухсотсильном «Мерседесе» и состязаниях с Содерманом на алкогольном поприще.
На последующих совещаниях Дальег более не появлялся. Место делегата от Германии занимал сначала Артур Небе, шеф Криминальной полиции Германии, затем Карл Зиндель.
Содерман характеризует их обоих как хороших профессиональных полицейских и "очень умеренных нацистов", скорее всего из числа тех, кто принял такую политическую ориентацию под влиянием времени. Не исключено, что характеристики не слишком далеки от истины.
Небе, глава немецкого уголовного розыска, впоследствии был казнен за участия в заговоре с целью убийства Адольфа Гитлера.
Зинделю оказалась предназначенной особая роль в возрождении МККП после падения Третьего Рейха.
Нет ясных, документированных указаний на то, что их деятельность в «коричневые» годы откровенно шла в преступном русле, нет даже сведений об угодливости в Дресслеровском духе.
Ежегодные встречи с 1935 до начала Второй Мировой Войны отмечены были все более и более серьезным напряжением, вне всякого сомнения связанным с немецким (читай — нацистским) присутствием в организации в целом. Напряжение возрастало из года в год, пока не достигло размеров кризиса в 1938.
В том году, на несколько месяцев раньше, Австрия перенесла «аншлюсс» с Германией, и одним из результатов политической акции стало то, что Вена утратила статус столицы суверенной нации, формально превратившись в немецкий провинциальный город.
Шобер умер намного раньше этого, в 1932 г. Его преемник, Специальный уполномоченный австрийской полиции Скубл, был изгнан и заменен австрийским нацистом по имени Штейнхаузель, как только нацисты пришли в Вену.
Единственным свидетельством квалификации Штейнхаузеля был некоторый опыт пребывания в тюрьме, но это, видимо, — практически аналогично ведь было и с Дальегом, и еще с многими из верхушки НСАП, — вполне устраивало наци с точки зрения их требований к полицейским руководителям.
Фактически, Штейнхаузель еще парился в камере ИТК во время аншлюсса — и чуть ли не прямо из камеры поехал принимать пост главы полицейских сил города.
Это было серьезным ударом по ICPC, поскольку согласно уставу Комиссии герр Штейнхаузель становился автоматически и ее президентом. Еще серьезнее дело обстояло с дальнейшими планами наци, но они были еще только озвучены; то, что Штейнхаузель болен туберкулезом в последней стадии и дни его неизбежно сочтены, тоже имело значение.
<< | >>
Источник: Дайчман И.. ИНТЕРПОЛ. ВСЕМИРНАЯ СИСТЕМА БОРЬБЫ С ПРЕСТУПНОСТЬЮ. 2003

Еще по теме Первое дополнение:

  1. Первое свидание
  2. Первое свидание
  3. Непал: первое путешествие
  4. Что надеть на первое свидание?
  5. ОТЗЫВЫ ЧИТАТЕЛЕЙ НА ПЕРВОЕ ИЗДАНИЕ
  6. ПРАВИЛО ПЕРВОЕ: ОПРЕДЕЛИТЕ ПОТЕНЦИАЛЬНУЮ АУДИТОРИЮ
  7. Дополнения
  8. XII. ДОПОЛНЕНИЕ
  9. Дополнение по прессе
  10. 14.9. Изменение, дополнение сведений, заявленных в таможенной декларации
  11. Т.Г. Лешкевич. Философия. Вводный курс - Изд. 2-е, дополненное, 1998
  12. 3.26. Изменение и дополнение обвинения. Частичное прекращение уголовного преследования