<<
>>

§ 1. Судебная власть в системе разделения властей

Судебную власть часто называют "третьей властью", поскольку в конституционных текстах и доктрине при перечислении ветвей власти, составляющих систему разделения властей, она обычно следует за законодательной и исполнительной.

Однако это ни в какой мере не умаляет ни ее значимости, ни строго очерченной самостоятельности по отношению к другим ветвям власти. Более того, в зависимости от формы правления взаимозависимость законодательной и исполнительной властей может быть большей (парламентская форма правления) или меньшей (президентская республика). Судебная же власть при любой из названных форм правления одинаково отграничена от других ветвей власти, что, разумеется, не исключает ее взаимосвязи с ними (о чем пойдет речь ниже).

Каждой ветви власти присущи специфические формы дея-тельности. У судебной — такой формой деятельности является правосудие — разрешение на основе действующего права эконо-мических, политических и иных конфликтов и споров, участниками которых становятся граждане, их объединения, юридические лица, муниципальные государственные органы и даже само государство.

Можно схематично выделить три основных взаимосвязанных направления деятельности судебной власти:

охрана прав и законных интересов граждан;

охрана правопорядка от преступных и иных правонарушений;

контроль за тем, чтобы деятельность государственных органов не выходила за правовые рамки.

Каждая ветвь власти осуществляет свои функции с помощью особых, присущих только ей органов. У судебной власти таковыми являются суды, составляющие судебную систему (которая, как мы увидим в дальнейшем, часто распадается на несколько подсистем). Это жестко структурированная система. Ее организационные формы детально определены законом и могут быть изменены только в законодательном порядке ("Судебная власть Соединенных Штатов осуществляется Верховным судом и теми низшими судами, которые будут время от времени устанавливаться и учреждаться Конгрессом", — Конституция США.

Разд. 1 ст. III).

Деятельность судебной системы происходит в рамках столь же строго и детально регламентированной законом процедуры. Ее решения могут основываться только на праве. Ее кадровый состав — судьи — образует особый профессиональный слой, так называемый судейский корпус, который как таковой, равно как и составляющие его судьи, имеет особый правовой статус ("Судеб-ная власть вверяется судьям". Основной закон ФРГ. Ст. 92).

Никто, кроме судебной системы в лице образующих ее судов, не может вершить правосудие от имени государства. Никто, в том числе и государство в лице любых его органов, не вправе вмешиваться в деятельность судебной системы по осуществлению правосудия. Граждане, их организации и объединения, все государственные и муниципальные органы, само государство, представленное высшими органами власти и управления, обязаны неукоснительно выполнять решения судов.

При всей относительной самостоятельности судебной власти ее деятельность во многом зависит от других ветвей власти, и прежде всего от законодательной. Ведь именно последняя определяет компетенцию отдельных звеньев судебной системы, статус судей и целый ряд других вопросов. Основой этой законодательной регламентации является конституция. Трудно представить себе современную конституцию, в которой не было бы раздела под тем или иным названием ("О судебной власти" — конституции Франции, Испании, Японии; "Правосудие" — Основной закон ФРГ, "Суды" — Конституция Португалии и т. п.), где в сжатой форме, свойственной конституциям, в том или ином сочетании установлено то, что принято называть "конституционными основами судебной власти". Сюда относится:

определение судебной власти как одной из составляющих триединой системы разделения властей;

основные принципы организации и деятельности судебной си-стемы;

правовой статус судей;

судебные гарантии прав и законных интересов граждан.

Конституционные основы детально развиты в законах о судоустройстве (например, в ФРГ — Закон о судоустройстве, действующий в редакции 1975 г.; во Франции — Кодекс судоустройства 1978 г.; в США — "Судоустройство и судопроизводство", разд.

28 свода Законов США; в Испании — "Органический закон о судебной власти" 1981 г. и др.), а также законах о статусе судей (во Франции — "Органический закон о статусе магистратуры" 1958 г., в Германии — "Закон о судьях" 1961 г. и др.).

Роль исполнительной ветви власти в отношении судебной системы по сравнению с законодательной не столь значительна. Она сводится в основном к материально-техническому обеспечению деятельности судов. Эта роль несколько больше в тех странах, где на министерства юстиции возложены отдельные управленческие функции и руководство прокуратурой, как это, например, имеет место в Германии, где на министерства юстиции земель (их деятельность координирует федеральное министерство юстиции) возложено назначение значительной части судей.

Однако во второй половине XX в. во многих странах министерства юстиции утратили былую ведущую роль в области управления юстицией. Отчетливо проявилась тенденция передачи соответствующих функций в особые органы судейского самоуправления, которые предусмотрены многими новейшими конституциями, в том числе конституциями постсоциалистических стран, включая бывшие республики в составе СССР. Эти органы носят различные наименования: во Франции и Италии — Высший Совет магистратуры; в Испании — Высший.Совет судебной власти; в Болгарии — Высший судебный Совет; в Польше — Всепольский Судебный Совет; в Армении — Совет правосудия и т. п.

Насколько значим этот орган, можно судить по его составу. В Италии, например (ст. 104 Конституции), в Высшем Совете магистратуры председательствует Президент Республики, в со-став Совета по должности входят Председатель и Генеральный прокурор Кассационного Суда, остальные его члены избираются на четыре года: две трети — судейским корпусом из своего состава, одна треть — Парламентом на совместном заседании палат из числа профессоров права и адвокатов, имеющих не менее чем пятнадцатилетний стаж.

Примерно такой же состав Высшего Совета магистратуры во Франции: Председатель — Президент Республики, вице-председатель — министр юстиции, шесть судей, шесть прокуроров, три юриста, назначаемые соответственно Президентом Республики, Председателем Национального Собрания и Председателем Сената.

Именно на эти органы судейского самоуправления возложены вопросы формирования судейского корпуса и карьеры судей и прокуроров, их назначения на должность, дисциплинарной ответственности, реорганизации отдельных судов, инспектирования судов в необходимых случаях и т. д.

Основное предназначение такого рода органов Конституция Польши 1997 г. определила так: "Всепольский Судебный Совет стоит на страже независимости судов и независимости судей" (ст. 186). В отличие от органов исполнительной власти — министерств юстиции советы судей отнесены конституциями в число органов, представляющих судебную власть, хотя собственно судебных функций (рассмотрение дел) они не осуществляют.

Вопрос о том, относится ли прокуратура к органам судебной власти, не знает однозначного решения. Все зависит от места, занимаемого прокуратурой в системе государственных органов. В большинстве государств прокуратура действует под общим руководством министра юстиции, представляет собой более или менее централизованную систему, но в ряде стран эта система не только соответствует судебной системе, но и организационно связана с ней; прокуроры состоят и действуют при судах. Более того, и судьи и прокуроры равным образом входят в единый профессиональный корпус, именуемый магистратурой, и именуются маги- стратами. При такой системе можно говорить о том, что прокуратура охватывается понятием судебной власти. В тех странах (Китай, Венгрия и др.), где прокуратура является организационно обособленной самостоятельной системой, она занимает как бы промежуточное положение между судебной и исполнительной ветвями власти, но нередко ближе к последней. В США министр юстиции является одновременно Генеральным атторнеем (прокурором), однако в целом, в силу особенностей американской федерации, прокуратура носит в значительной мере децентрализованный характер.

Примером первой модели может служить Франция. Здесь при судах первой инстанции состоят так называемые республиканские прокуроры, при каждом суде второй (апелляционной) инстанции — Генеральный прокурор с группой помощников, первый из которых именуется Генеральным адвокатом. При высшей инстанции состоит Генеральный прокурор Кассационного Суда со своим аппаратом. Прокуроры представляют государство в уголовном и гражданском судопроизводстве, осуществляют контроль за дея-тельностью следственных органов. Общее руководство прокуратурой осуществляет министр юстиции. Поскольку прокуроры имеют статус магистрата, они оказываются также и в компетенции Высшего Совета магистратуры. Аналогичная модель существует в Германии, а в Испании прокуратура совсем не связана с министерством юстиции, ею руководит Генеральный прокурор, назначаемый главой государства с учетом мнения Высшего Совета судебной власти. В иерархии этой власти он считается вторым лицом после председателя Верховного Суда.

Спорно отнесение к судебной власти предусмотренных рядом конституций особых органов (хотя они и именуются "судами"), призванных решать вопрос об ответственности главы государства, министров и некоторых других высших должностных лиц, как, например, Высокая палата правосудия и Суд Республики во Франции (первая решает вопрос об ответственности Президента Республики, второй — членов Правительства). Против отнесения этих органов к судебной власти говорит то, что их члены избираются палатами Парламента из числа депутатов. Поэтому они скорее могут быть кв1алифицированы как особые парламентские квазисудебные органы . Недаром в тексте французской Конституции они включены не в раздел "О судебной власти", а рассматриваются в специальных разделах. Когда Шарль Монтескье в XVIII в. развил идею разделения властей, нечто отдаленно похожее на ее судебную ветвь суще-ствовало лишь в Англии благодаря исторически сложившейся цен- трализации судебной системы и прецедентному характеру права. А между тем суды существовали повсеместно. Однако наличие судов не равнозначно наличию судебной власти. Для того чтобы она сложилась в качестве относительно самостоятельной и независимой и получила реальные организационные очертания, потребовался немалый период развития конституционализма и утверждения демократических форм правления и политического режима. В самом общем плане можно сказать, что утверждение самостоятельной судебной власти — это результат движения стран по пути правовой государственности. Судебная власть по определению це- совместима с самодержавием, тоталитарной государственностью, авторитарно-профеодальными режимами. В силу исторических особенностей, уровня правосознания общества и некоторых других факторов степень самостоятельности, независимости, авторитета судебной власти может быть различна и в тех странах, которые идут по пути правовой государственности. Тем не менее в этих странах очевидна тенденция возрастания роли судебной власти, чему в особенности способствовало расширение во второй половине нашего века судебного контроля за конституционностью и законностью нормативных и иных правовых актов.

<< | >>
Источник: М. В. Баглая. Конституционное право зарубежных стран: Учебник для вузов. 2004

Еще по теме § 1. Судебная власть в системе разделения властей:

  1. 60. РАЗДЕЛЕНИЕ ВЛАСТЕЙ И ЕДИНСТВО СИСТЕМЫ ОРГАНОВ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ВЛАСТИ: РЕАЛИЗАЦИЯ В РФ
  2. 6. Вече и князь в древнерусском государстве – высшие органы власти. Система государственных органов власти
  3. § 2. Разделение властей
  4. 28. МЕСТО ВЕРХОВНОГО СУДА РФ В СИСТЕМЕ ОРГАНОВ СУДЕБНОЙ ВЛАСТИ И ЕГО ФУНКЦИИ
  5. Тема 8. ТРЕХМЕРНАЯ СТРУКТУРА НОСИТЕЛЕЙ ВЛАСТИ. СИСТЕМА ОТНОШЕНИЙ НОСИТЕЛЕЙ ВЛАСТИ
  6. 6. ПРИЗНАКИ СУДЕБНОЙ ВЛАСТИ
  7. Глава 25. Судебная власть
  8. § 5. Судебная власть
  9. 5. СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ: ПОНЯТИЕ И ФУНКЦИИ
  10. 2.1. Понятие и признаки судебной власти
  11. § 9. Единая судебная власть и прокуратура
  12. § 4. Органы судебной власти