<<
>>

Глава XII Борьба с бедностью

Небывалое развитие экономики западных стран на протяжении последних двух столетий и широкое распространение благ свободного предпринимательства в огромной степени сократили абсолютные масштабы бедности в капиталистических странах Запада.

Однако бедность — это понятие в некотором роде относительное, и даже в этих странах, очевидно, есть множество людей, живущих в условиях,которые мы,остальные,называем бедностью.

Одним из средств борьбы с бедностью (и со многих точек зрения наиболее оптимальным) является частная благотворительность. Небезынтересно,что в период расцвета свободного предпринимательства в Англии и в Соединенных Штатах в середине и в конце XIX века были чрезвычайно широко распространены частные филантропические организации и учреждения. Одной из самых больших издержек расширения деятельности государства в сфере благотворительности явился упадок частной филантропической деятельности.

Могут возразить, что частной благотворительности недостаточно, поскольку польза от нее распространяется не на жертвователей, а на других людей — опять-таки внешний эффект.

Бедность меня огорчает,ликвидация бедности приносит пользу и мне. Однако я в равной степени получаю пользу вне зависимости от того, кто платит за борьбу с ней — я сам или кто-то другой. Иными словами, все мы, возможно, хотели бы способствовать борьбе с бедностью при условии, что и все остальные поступят так же. Без подобной гарантии мы, наверное, не захотели бы внести ту же самую сумму. В маленьких общинах для осуществления этого условия за счет частной благотворительности может быть достаточно давления общественного мнения.В крупных имперсональных общинах, которые все в большей степени начинают доминировать в нашем обществе,добиться этого с помощью одного только общественного мнения значительно труднее.

Предположим, что кто-то вслед за мной согласится, что подобная аргументация оправдывает деятельность государства по борьбе с бедностью,с установлением некоего минимального гарантированного уровня жизни каждого члена общества.

Остаются вопросы: «Насколько минимального?» и «Каким образом это сделать?». Определить этот минимальный уровень, как мне представляется, нельзя иначе, как в виде определенной суммы налогов, которые мы — я имею в виду большинство — согласны платить с этой целью. Вопрос: «Каким образом это сделать?» — оставляет большой простор для размышлений.

Ясны два момента. Во-первых, если цель заключается в борьбе с бедностью,у нас должна быть программа помощи бедным. Есть все основания оказывать помощь бедняку-фермеру не потому,что он фермер, а потому, что он беден. То есть программа должна быть рассчитана на помощь людям как таковым, а не членам определенных профессиональных групп, возрастных групп, групп с определенной зарплатой, рабочих организаций или отраслей промышленности. От этого недостатка страдают сельскохозяйственные программы, общие пособия для престарелых,законы о минимальной зарплате,законодательство о профсоюзах,таможенные пошлины, положения о лицензировании в ремеслах или профессиях и так далее, без конца и края. Во-вторых, насколько это возможно, программа, действуя через рынок, не должна дезорганизовывать рынок и мешать его функционированию. Этим недостатком отличаются поддержание цен,законодательство о минимальной зарплате,тамо- женные пошлины и т.п.

Решение, напрашивающееся на чисто механической основе, — введение негативного подоходного налога. В настоящее время доход в размере 600 долларов на человека освобождается от обложения федеральным налогом (следует учитывать также минимальную 10-процентную налоговую скидку).Если человек получает 100 долларов дохода, подлежащего налогообложению, то есть доход в размере 100 долларов сверх суммы, свободной от вычетов и удержаний, с него взимается налог. Наше предложение предусматривает, что если его доход, подлежащий налогообложению,выражается суммой минус 100 долларов,то есть на 100 долларов меньше суммы, свободной от вычетов и удержаний, он будет платить негативный подоходный налог, то есть получать субсидию.

Если ставка субсидии будет равна, скажем, 50%,челов ек будет получать 50 долларов. Если у него нет никакого дохода и, для большей простоты, никаких удержаний, а ставка остается стабильной, он будет получать 300 долларов. Он мог бы получать и большую сумму, если бы у него была скидка, ска- жем, на медицинское обслуживание, так что его доход минус удержания был негативным еще до вычитания суммы, свободной от обложения. Разумеется, ставки субсидии могут быть прогрессивными, точно так же, как и ставки налога с дохода сверх сумм, свободных от обложения. Подобным образом можно было бы установить минимальный предел, ниже которого ни у кого не опускался бы чистый доход (который теперь по определению включал бы в себя субсидию) — в самом простом случае 300 долларов на человека. Конкретный же предел зависел бы от того, что может позволить себе общество.

Преимущества подобной системы очевидны. Она как бы специально предназначена для борьбы с бедностью. Она оказывает индивидууму наиболее полезную помощь, а именно наличными. Она носит всеобщий характер и способна заменить множество ныне действующих специальных программ. Она делает явными издержки, на которые приходится идти обществу. Она действует вне рамок рынка. Подобно любым другим мерам, направленным на борьбу с бедностью, она снижает стимул к самовоспомоще- ствованию у получателей помощи, хотя и не устраняет его окончательно будучи системой замены дохода до определенного фиксированного минимального уровня. Любой дополнительный заработанный доллар всегда означает, что можно выделить больше средств на расходы.

Разумеется,возникнут организационные проблемы,но они представляются мне менее затруднительными, если считать их за-труднительными вообще. Предлагаемая система впишется непо-средственно в существующую систему налогообложения и будет осуществляться заодно с ней. Нынешняя налоговая система охватывает большинство получателей доходов, а необходимость всеобщего охвата явится побочным продуктом усовершенствования нынешней системы налогообложения доходов.

И что еще более важно, если она будет функционировать взамен нынешних лоскутных мер, преследующих те же цели, общее бремя организационных проблем наверняка удастся уменьшить.

С помощью несложных подсчетов можно установить, что предлагаемая система будет гораздо менее дорогостоящей и гораздо более свободной от государственного вмешательства по сравнению с нынешним комплексом мер социального обеспечения. Кроме того, эти подсчеты помогают убедиться, насколько расточительны наши нынешние меры, если оценивать их как меры помощи бедным.

В 1961 году правительство выделило на прямые выплаты по социальному обеспечению и всевозможным программам сумму в порядке 33 миллиардов долларов (по федеральному бюджету, бюджетам штатов и местным бюджетам), в том числе на пособия престарелым, страхование по социальному обеспечению, пособия многодетным семьям, общие субсидии, программы поддержания цен на сельскохозяйственную продукцию, общественный жилой фонд и т.п. Я не включил в эти подсчеты пособия, выплачиваемые бывшим военнослужащим. Я также не учитывал прямые и косвенные издержки таких мер, как законодательство о минимальной заработной плате, таможенные пошлины, ассигнования на лицензирование и т.д., а также затраты на общественное здравоохранение, расходы штата и местные расходы на содержание клиник, психиатрических лечебниц и т.п.

В США насчитывается приблизительно 57 миллионов потребительских единиц (семей и отдельных людей, не связанных семейными узами). Произведенные в 1961 году затраты в размере 33 миллиардов можно было бы использовать для финансирования прямых денежных выплат наличными, порядка шести тысяч долларов на одну потребительскую единицу, 10% с наиболее низкими доходами. Подобные выплаты повысили бы их доход, который превысил бы средний доход всех потребительских единиц в Соединенных Штатах. Или же тех же з атрат хв атило бы для выплаты примерно трех тысяч на одну потребительскую единицу 20% с наиболее низкими доходами. Даже если бы мы пошли еще дальше и распространили бы эти выплаты на ту самую одну треть населения, которую деятели Нового курса любили называть голодной, раздетой и бездомной,затрат 1961 года хватило бы на выплаты в размере примерно двух тысяч долларов на потребительскую единицу, что со скидкой на изменение цен составило бы ту сумму дохода, которая в середине 30-х годов отделяла одну треть населения с низкими до- ходами от верхних двух третей.

В настоящее время, с учетом изменения уровня цен, менее одной восьмой потребительских единиц имеют такой же низкий доход, какой имела низшая треть в середине 30-х годов.

Очевидно, что все эти чересчур расточительные программы вряд ли можно оправдать «борьбой с бедностью» даже при самом расширительном толковании этого термина. Программа,обеспечи- вающая дополнительный доход 20% потребительских единиц с самыми низкими доходами, приблизив их к уровню самого низкого дохода остальных потребительских единиц,обошлась бы менее чем в половину наших теперешних затрат.

Главный отрицательный момент идеи негативного подоходного налога связан с ее политическими аспектами. Эта идея ведет к созданию системы,при которой одних вынуждают платить налоги ради выплаты пособий другим. Причем предполагается, что эти другие обладают правом голосовать. Поэтому всегда существует опасность, что из договоренности, по условиям которой подавляющее большинство добровольно обязывается платить налоги ради оказания помощи несчастному меньшинству, оно превратится в систему, при которой большинство ради собственной выгоды навязывает налоги несогласному меньшинству. Поскольку указанная система делает этот процесс столь явным, она, пожалуй, чревата этой опасностью в большей степени, чем другие меры. Я не вижу путей разрешения этой проблемы,кроме самоограничения и упования на добрую волю избирателей.

В 1914 году, касаясь аналогичной проблемы — выплаты пенсий престарелым в Англии — Дайси писал: «Рассудительный и благожелательный человек, безусловно, может задаться вопросом, окажется ли Англия в целом в выигрыше, гарантировав предоставление пособий по бедности в виде пенсий, с одновременным сохранением за пенсионером права участия в выборах члена Парламента» .

Британский опыт пока еще не позволяет дать однозначного ответа на вопрос, заданный Дайси. Англия пришла к всеобщему избирательному праву, не прибегая к лишению гражданских прав ни пенсионеров, ни получателей государственных пособий.

Произо-шло также колоссальное увеличение налогообложения одних в пользу других, что безусловно затормозило развитие Англии и, возможно, даже не облагодетельствовало тех, кто считает себя получателем помощи. Однако эти меры не ликвидировали, по крайней мере до сих пор, британских свобод или преимущественно капиталистический английский строй. И, что более важно,появились некоторые признаки перемен к лучшему и самоограничения со стороны избирателей.

Либерализм и эгалитаризм

Сердцевиной философии либерализма является вера в достоинство человека, в его свободу максимально развивать свои способности и использовать свои возможности по собственному разу-мению с единственным условием, что он не будет препятствовать другим людям поступать подобным же образом. Из этого вытекает вера в равенство людей в одном смысле и в их неравенство в другом. Все люди имеют одинаковое право на свободу. Это важное и фундаментальное право именно потому, что люди отличаются друг от друга, потому что один человек может распорядиться своей свободой совсем иначе, нежели другой, и при этом внести больше, чем другой, в общую культуру общества, в котором живет множество людей.

По этой причине сторонник либерализма проводит четкое различие между равенством прав и равенством возможностей, с одной стороны,и материальным равенством,или равенством результатов, — с другой. Он может приветствовать тот факт, что свободное общество, по сути дела, больше тяготеет к материальному равенству,чем какое-либо другое из всех до сих пор известных. Но он будет считать это желательным побочным продуктом свободного общества, а не его главным оправданием. Он будет приветствовать меры, способствующие как свободе, так и равенству, как, например, меры, направленные на ликвидацию власти монополий и усовершенствование функционирования рынка. Он рассматривает частную благотворительность, рассчитанную на оказание помощи менее удачливым, как пример разумного пользования свободой. И он может одобрительно относиться к действиям госу- дарства,направленным на борьбу с бедностью,как к более эффективному средству, с помощью которого большая часть общества может достичь общей цели. Однако он будет при этом сожалеть о том, что добровольные действия пришлось заменить принудительными. До этой черты согласен идти и эгалитарист. Но он хочет пойти еще дальше. Он готов отстаивать необходимость отнимать у одних и передавать другим, но не потому, что это более эффективное средство,с помощью которого эти «одни» могут достигнуть поставленной перед собой цели, но из принципа «справедливости». В этом пункте равенство вступает в острый конфликт со свободой, и нужно делать выбор. Нельзя быть одновременно и эгалитаристом в этом смысле, и либералом.

<< | >>
Источник: Фридман М. Капитализм и свобода. 2006

Еще по теме Глава XII Борьба с бедностью:

  1. ГЛАВА XII. ФИЛОСОФИЯ, ИДЕОЛОГИЯ, ПОЛИТИКА
  2. Глава XII. ЗАЩИТА ПЕРСОНАЛЬНЫХ ДАННЫХ РАБОТНИКА
  3. Глава 34. РАСПРЕДЕЛЕНИЕ ДОХОДА: НЕРАВЕНСТВО И БЕДНОСТЬ
  4. Глава 47Доходы и уровень жизни населения. Проблема бедности
  5. ГЛАВА XII. ЭМОЦИОНАЛЬНАЯ ЧУМА
  6. ГЛАВА XII. Способы регулирования бумажного обращения
  7. Глава XII. Основные направления современной западной философии
  8. Глава 14. Борьба за печатное слово (пресса еще жива
  9. ГЛАВА 7. Борьба за внимание. Как продать, когда вас посылают
  10. СТРАХ БЕДНОСТИ
  11. БЕДНОСТЬ
  12. МРАЧНАЯ КАРТИНА БЕДНОСТИ
  13. Психология бедности
  14. Часть XII
  15. ПОРОЧНЫЙ КРУГ БЕДНОСТИ